Детские обиды на отцов порой еще сильнее, чем обиды на матерей — должно быть, потому что ребенок подсознательно ожидает от отца помощи и защиты, видит в нем большое и сильное существо, способное защитить не только его самого, но и мать. Если же это «большое и сильное существо» оказывается на поверку никчемным и слабым или, еще хуже, «приходящим», появляется в жизни ребенка раз в году, как Дед Мороз, и даже не с мешком подарков за плечами, а с пустыми руками, то детскому разочарованию нет пределов. Матери-одиночки или жены, довольствующиеся «приходящими» мужьями, утешают себя тем, что главное для ребенка — мать, что им с ребенком никто не нужен, но эти утешения рушатся, как замки из песка, под натиском жизни, ее повседневных обстоятельств и нужд. Ребенку нужен человек, воплощающий в себе его формирующиеся представления о силе и мужестве, подобно тому, как мать является для малыша воплощением доброты и ласки. Если же в жизни ребенка отсутствует идеал силы и мужественности, воплотившийся в конкретном человеке, то во взрослой жизни его будет преследовать «авитаминоз» мужского начала.

Все мы — и мужчины, и женщины — как утверждают психологи, содержим в себе и мужские, и женские психологические черты. Порой «психологический пол» человека не совпадает с физическим. Мальчики, выросшие без отцов или при эпизодических появлениях отцов в семье, либо начинают защищать мать вместо отца, подсознательно занимают его место в семье, либо вырастают женственными «маменькиными сынками». А девочки либо впитывают с молоком матери презрение к мужчинам, с детства привыкают считать мальчиков существами слабыми и никчемными, либо — вопреки всему — всю жизнь ищут единственного и неповторимого рыцаря, так непохожего на «приходящего» отца. И иногда, если повезет, находят друга или мужа, который противоположен их отцам в главном — способен подставить сильное плечо, утешить и помочь.

Французский психолог, член Парижского психоаналитического общества Габриэль Рубен (Gabrielle Rubin) опубликовала книгу под провокационным названием — «Нужно спасать отцов» («Il faut sauver les peres»), в которой справедливо указывает на тот печальный факт, что современные отцы постепенно перестают быть воплощением семейного авторитета. Нынешнюю эпоху Габриэль Рубен назвала временем «кризиса патернализма». Этот кризис связан с тем, что отцовское начало перестает играть свою роль не только в семье, но и в обществе. «Кризис патернализма» — это оборотная сторона излишней феминизации современного общества (по крайней мере — европейского). Женщины становятся все сильнее (и часто — себе в ущерб), а мужчины — все слабее (и тоже — не в свою пользу). Конечно, в современной Европе, как и в странах СНГ, немало сильных духом мужчин и женственных женщин, но кризис патернализма стал характерной чертой общественного развития. В мусульманских странах, напротив, этого кризиса не наблюдается: активное мужское начало продолжает доминировать и в семье, и в обществе.

Габриэль Рубен отнюдь не призывает Европу вернуться к патриархальной семье с отцами-тиранами. Суровые и властные отцы, унижающие своих жен и тиранящие детей, отнюдь не внушают ей почтения. Но отцы по-матерински мягкие, отсутствующие или, подобно Деду Морозу, появляющиеся в жизни ребенка раз в год, — не меньшее зло, чем отцы суровые и тираничные. Габриэль Рубен пишет, что для становления личности ребенку необходимо считать отца сильным и могущественным. По мнению Габриэль Рубен, отец и мать — это не только живые люди, но и психологические символы, которые обязательно нужно разграничить в сознании ребенка и в общественном мировосприятии. Если эти психологические символы не разграничены, то ребенок вырастает с размытыми представлениями о женственности и мужественности, а общество теряет свой внутренний стержень, опору, ощущение силы и уверенности.

Кризис патернализма, по Габриэль Рубен, — это когда правосудие не уважают, преподавателей не слушают, на полицейских нападают... Такой кризис связан с отторжением любых форм авторитета, в том числе и семейного авторитета отца. В то же время, как утверждает французская исследовательница, формирование общества начинается именно с психологического символа отца — он разрешает и запрещает, разрывает первоначальное слияние матери и ребенка и побуждает ребенка реализовываться в мире. Отец — это «представитель закона», причем закона не только светского, но и религиозного. Психологический символ отца — это отражение Отца Небесного, Творца всего сущего. Размывая роль отца в мире и семье, мы тем самым обращаемся с молитвой только к Богородице, минуя Отца Небесного. Отторгаем Вечную Мужественность ради Вечной Женственности… Но и Вечная Женственность, и Вечная Мужественность могут существовать только в симбиозе, в неразрывном союзе этих высших начал.

Одна из причин формирования кризиса патернализма — переход от иерархической модели развития общества к горизонтальной. При иерархической модели авторитет отцов поддерживался извне — как власть королей, царей или первосвященников. Горизонтальная модель сделала возможным уничтожение сословий и, соответственно, равенство людей в человеческом достоинстве, но она же и разрушила границу между женственностью и мужественностью, уравняла не только буржуа, крестьян, духовенство и аристократов, но и рыцарей и дам. Женщинам захотелось примерить латы, мужчинам — сесть за прялку. Но латы — все же мужское достояние, как прялка — женское. Мы перепутали слова и роли, утратили многие психологические ориентиры, перестали разграничивать психологические символы отца и матери. В итоге фигура «отца семейства» стала приобретать некоторые декоративные черты.

Я как-то попыталась объяснить мужу подруги — врачу из Египта, что такое «мать-одиночка» и почему таких матерей становится все больше. Рассказала, что многие женщины предпочитают не выходить замуж и только иметь ребенка, считают, что им с ребенком «никто не нужен». Мой собеседник-египтянин долго пытался понять такую женскую логику, а потом лишь сокрушенно покачал головой. По его мнению, отец должен быть отцом, а мать — матерью, и низводить отца до декоративной фигуры ни в коем случае не стоит. Женщины, считающие, что им с ребенком «никто не нужен», показались моему собеседнику фантастическими персонажами с совершенно непонятной и непредсказуемой логикой. Словом, я поняла, что, несмотря на народные волнения и революции, направленные против Хосни Мубарака, кризис патернализма еще не вошел в плоть и кровь египетского общества. Но для Европы, Украины, России и Беларуси он, увы, уже стал реальностью. Габриэль Рубен права — отцов действительно нужно спасать! Но спасение отцов должно стать и их собственной заботой, а не только благородным женским порывом. Дорогие pater familias, спасайте друг друга!

http://www.zn.ua/newspaper/articles/77709#article