Почему в России женщин с ограниченными возможностями врачи, как правило, заставляют делать аборт, а в женских консультациях не созданы условия для будущих мам на инвалидных колясках? О важной теме родителей с инвалидностью – в разговоре с Натальей Присецкой, руководителем общественной организации поддержки родителей с инвалидностью «Катюша».

Наталья Присецкая – знаменитая женщина, которая подала в суд на авиакомпанию «Сибирь» за то, что ее не пустили в самолет, потому, что она – инвалид-колясочник. Черемушинский суд Москвы принял решение в пользу Присецкой. С тех самых пор об этом знают все авиакомпании России. Теперь у Натальи новое дело – она создает организацию, которая объединит родителей с инвалидностью. Родителей с инвалидностью, а не родителей детей-инвалидов.

Страна неравных возможностей

– С того самого момента, когда Вы подавали в суд на «Сибирь» (теперь «S7»), что-то изменилось? Компании стали более лояльны, более аккуратны, более внимательны?

И вообще, позволяют ли они летать?

– Я буквально на днях делала обзор правил наших авиационных перевозчиков именно в части, касающейся перевозки пассажиров с инвалидностью. Могу сказать, что из огромного парка самолетов наших авиакомпаний только у трех компаний – это «S7», «Аэрофлот» и «Трансаэро» есть в правилах пункты, касающиеся перевозки людей с инвалидностью. Причем, если у «Аэрофлота» и «Трансаэро» очень доброжелательное отношение, где просят, если у вас есть инвалидность – сообщите нам заранее, пожалуйста, и мы попробуем ваши потребности, как человека с инвалидностью, в перелете учесть и сделать ваш перелет более комфортабельным… К сожалению, у компании «S7» очень большой свод правил относительно перевозки людей с инвалидностью, но при этом почти в каждом пункте есть оговорка, что мы вправе вам отказать, ссылаясь на какие-то пункты.

– Должен же быть авиационный кодекс.

– Он есть, но там опять-таки очень расплывчатые формулировки, касающиеся того, насколько авиакомпании обязаны и могут перевозить людей с инвалидностью, какие они берут на себя при этом обязательства, какие права есть у пассажиров-инвалидов.

И, конечно, этот вопрос требует дальнейшей доработки.

– Каким образом это будет делаться? Ведь если будет принята конвенция о правах инвалидов, которую Россия ратифицировала уже года три назад, тогда такие изменения станут необходимыми…

– Здесь, мне кажется, можно взять опыт некоторых стран. В частности, Великобритании, где есть такой свод правил «Права инвалидов в полете». 150 страниц, где описывается, на что пассажир с инвалидностью имеет право в полете. И лозунг такой, что все, что вы должны знать – это то, что вы имеете право лететь. Все.

– Давайте поговорим о вашем новом начинании – создании организации, объединяющей родителей с инвалидностью.

– Идея создания этой организации пришла почти два года назад, когда я сама родила дочку.

Ееще во время беременности я увидела ряд моментов, которые мне доставили ряд трудностей.

Например, доступная среда.

Женщина с инвалидностью, когда ожидает ребенка, выходит на качественно новый уровень. Если колясочника уронят с лестницы

– это неприятно, он там сломает ногу, руку, какие-то могут быть последствия. Если с лестницы упадет женщина в положении, она рискует потерять ребенка.

– В женских консультациях нет доступной среды?

– Вы знаете, сегодня в данном направлении что-то делается. В частности в Москве разные программы работают. Надеюсь, что и дальше будут работать. Создают и пандусы, и доступные туалеты.

Я не могу сказать, что это по всей Москве, но есть. Дальше женщина рожает. Во-первых, некоторые роддома действительно отказываются принимать таких рожениц.

Потому что считают, что у них нет условий. Я сейчас говорю именно про женщин с физическими формами инвалидности. Это опорнодвигательный аппарат, по слуху и по зрению. Мы работаем с тремя категориями. Вот проблема с роддомом доступным. Дальше.

Вот женщина-колясочница дома с ребенком. Как пойти в поликлинику зимой с грудным ребенком?

– То есть, врачи е приходят на дом?

– Они не обязаны приходить.

Если к детям-инвалидам они действительно обязаны приходить, то здесь, чтобы прийти домой сделать ребенку массаж, врачи должны освободить массажистку от трех детей. То есть, пока она дойдет, сделает массаж и вернется – время, которое она может потратить на трех детей.

И, соответственно, какие-то вещи могут идти только на личной договоренности.

– Это и деньги еще?

– Обычно врачи идут навстречу, хотя они не обязаны. А в некоторых случаях говорят, мол, нет, мы не должны и все. Проблем много. Например, молочная кухня. Знакома с одной девушкойколясочницей, у нее подряд двое детей с разницей в два года. И вот когда только родился маленький, у нее не было молока, она с двухлетним ребенком ехала на машине к молочной кухне. А молочная кухня на втором этаже. Она двухлетнего ребенка с запиской посылала наверх, чтобы он принес молока. Еще проблема детских садов. Мало того, что архитектурная недоступность, туда еще и не дойдешь. Я уже говорила, что и безбарьерная среда у нас делается, но с какими-то элементами недоделок. Зимой надо чистить пандусы. Вот об этом почему-то забывают часто, что у нас зимний город, что у нас зима по полгода, снег, грязь…

– Проблемы понятны, а как их свести воедино, донести до чиновников, что Вы планируете делать?

– Главное, наверное, рассказать о проблемах, потому что очень многие чиновники удивляются: «А что, разве есть проблема»? «Да, а мы даже об этом не думали». Это я еще не сказала о тех женщинах, которые рожают в ситуации инвалидности, а таких, по данным департамента здравоохранения, 60 человек в год.

А сколько родителей становятся инвалидами потом? Такой нет статистики. И как они должны в ситуации инвалидности дальше воспитывать своих детей? Эта категория граждан не входит в группу помощи со стороны социальных работников. Сейчас Царицыно делают доступным, Кусково делают доступным. А так, куда мама или папа с инвалидностью могут со своим ребенком пойти?

Некуда.

– Таким образом, ребенок получается отрезанным от мира, хотя у него есть рукиноги, и никаких проблем.

– Если прибегать к помощи родственников, тогда получается, родители оторваны от ребенка и не участвуют в жизни ребенка.

Теряется связь...

Приоритеты российской политики

– А материальная составляющая, видимо, это больной вопрос?

– Я как мама с инвалидностью имею право в Москве на одну-единственную льготу – на безочередное поступление ребенка в детский сад. И все. Для того, чтобы какие-то дотации от государства получать, это должна быть одинокая неработающая мама, или чтобы папа и мама, оба были инвалидами первой или второй группы, тогда идут какието небольшие выплаты, но это от московского правительства. На федеральном уровне, конечно…

– Наташа, Вы тот активный человек, который начинает с нуля дело, которое придумал сам, увидел, что есть такая потребность… В нашем характере же национальном есть какая черта: увидел проблему, повздыхал, поплакал, и сидишь-ждешь либо, когда ее кто-то решит, либо просто страдаешь. То есть, это совсем не характерная штука, когда человек, ты, в данном случае, сам проблему идентифицируешь и стараешься ее решить.

– Будем пытаться. Для нас важный момент: обратить внимание на эту проблему. Мы хотим сейчас создавать попечительский совет. И продвигать эту идею, что материнство – прекрасно, что можно быть родителем, не смотря и вопреки.

Аборт эт о по-нашему?

– Когда рождается ребенок с инвалидностью, известно, что говорят некоторые люди: «Зачем вам такой? Отдайте», и так далее. Наверняка мамам с инвалидностью тоже говорят: «Зачем Вам рожать детей?

Сделайте аборт».

– Да, это очень неприятная тема. Мы делали пилотное социологическое исследование. В Москве 30% женщин предлагают избавиться от ребенка. Причем, приведено много мировой практики и исследований, что репродуктивное здоровье и инвалидность очень редко между собой пересекаются и как-то влияют друг на друга. Но когда приходит женщина к врачу и видят: человек с инвалидностью, говорят первым делом: «Иди на аборт».

– И многие идут…

– Да, но об этом часто не говорят, это страшная трагедия.

– Вам говорили?

– Нет, один раз всего… Просто я готовилась серьезно. Мы с мужем прошли программу подготовки к беременности, и у меня заранее были уже все справки. Там же берешь справку у своего лечащего врача. В данном случае, берешь справку у нейрохирурга, который делал мне операцию на позвоночнике, что да, она может рожать.

Когда у меня спросили: «А кто вам дал право?» Я сказала: «Пожалуйста, у меня справка есть».

– Что значит: «Кто дал право беременеть и рожать?!»

– Я все-таки, хочу сказать большое спасибо главному акушеру Москвы Марку Аркадьевичу Курцеру. По его инициативе Центр планирования семьи на Севастопольской сделали доступным для женщин с инвалидностью. По его договоренности с Всероссийским обществом инвалидов, любая женщина с инвалидностью из Москвы может прийти на прием к хорошим специалистам. При центре хорошая детская поликлиника. Когда мы с моим ребенком туда ходили, сделали, по моей просьбе, полностью доступную среду. Я говорю это как пример.

– Это только Москва. Что в других территориях?

– Москва должна показывать всем пример. Надо это тиражировать, надо об этом говорить.

Еще громче надо говорить и том, что заставляют делать аборты. Об этом люди должны знать, потому, что это преступление. Тема очень больная, и о том, что женщинам предлагали делать аборты, рассказывали те, кто все равно родили. А бывает, что после аборта уже дальнейшая беременность невозможна.

– И потом, решиться на это тяжело, а второй раз – тем более, после того, как услышал: «Делайте аборт».

– Это большая психологически травма для женщины. Здесь, мне кажется, важен вопрос просвещения, потому, что когда я наблюдалась у врачей, мне говорили: «Наташ, но вот какие материалы нужны?» Нужны на эту тему материалы просветительского характера. Может быть, действительно мы сможем что-то изменить в сознании врачей, чтобы они не думали: раз инвалид, значит...

http://ugra-news.ru/node/7076