Пишу скорее “по горячим следам” - пока впечатления свежи и сопровождаются яркими воспоминаниями и эмоциями. Не прошло и месяца, как я стала мамой очаровательной малышки. Этому событию я и все окружающие меня близкие и родные несказанно рады - и вокруг нас все еще царит приятная суета и символическое соперничество за статус стать крестными родителями.

Рожала я в красноярском родильном доме - в типичном - не хуже и не лучше других. Номер учреждения называть не буду - в данном случае это не принципиально. Важно то, что это типичный роддом, отражающий в общем и целом сложившуюся в России систему родовоспоможения.

Все, что я видела и слышала, будучи в родильном доме, я воспринимала одновременно как минимум с двух позиций - личностной (как мама новорожденного) и профессиональной (поскольку являюсь практикующим детским психологом).

Здесь самое время вспомнить - с какой торжественностью руководство страны декларирует ценности детства, материнства, семейные ценности. В публичных выступлениях и речах этим ценностям отводится главное место. Нам преподносится, что на этих “китах” строится будущее страны, что их ставят во главу угла, уделяя им пристальное внимание, закладывая в данные направления немалые средства и т.п. Но речь здесь пойдет не о материальной стороне дела - здесь вопрос психологии.

Будучи сама практикующим специалистом, знаю, какие вопросы ежегодно поднимаются на всероссийских конференциях в системе образования, самые громкие ученые и исследователи ломают головы над вопросами: как сделать систему образования личностно-ориентированной, как “на выходе” из школы “получать” сформированную самостоятельную личность, а не “винтика” системы, напичканного статическими, застывшими знаниями, умениями и навыками (не способного их применить для решения схожих, аналогичных жизненных задач). Ежегодно эти “умы” собираются с одним и тем же результатом - ничего не меняется. Личности из школы почему-то все никак не выходят, выходят опять все больше похожие на “винтики”. Смею заметить, что усилия ученых умов направлены не туда - винтиками дети становятся задолго до поступления в школу... Печальная история начинается в самом первом учреждении, в котором оказываются едва родившиеся дети - в роддоме. Оттуда и надо начинать “копать”...

Вроде бы уже показался “просвет” в конце тоннеля - учреждения “повернулись лицом” к матери и ребенку - и чтобы это не осталось незаметным даже появились что-то вроде званий “Учреждение, доброжелательное к ребенку”. Такие таблички сейчас можно увидеть в ведущих женских консультациях. Предполагается, что наличием такого звания консультация подтверждает свой “продвинутый” статус (напрашивается ассоциация - ты не можешь быть хорошим и порядочным человеком, если не вступил в ряды комсомола). Только давайте здесь задумаемся - почему “доброжелательное отношение к ребенку” - то, что должно присутствовать априори, по умолчанию в любой больнице, в любом учреждении, работающем с детьми, - у нас в стране вынесли в отдельное “звание” и раздают как значки отличия??? Почему считается престижным иметь такую табличку в консультации, и почему в этом явлении никто не видит позора системы здравоохранения?

Номинально эта самая система стала мудрее, стала глубже понимать психологию развития ребенка - что отражается, например, в том, какую позицию сейчас официально занимает медицина в вопросе грудного вскармливания. Грудное вскармливание официально признано самым полезным и эффективным, оно активно пропагандируется с помощью различных средств: создаются центры грудного вскармливания, в консультациях на стендах можно увидеть массу плакатов, продвигающих идею полезности грудного вскармливания. При этом медицина с гордостью уточняет два принципиальных для идеи грудного вскармливания момента: кормить ребенка нужно “по требованию” - то есть сразу как попросит, и второе - грудное вскармливание только лишь тогда дает максимальный эффект для здоровья ребенка, когда параллельно не ведется прикорма малыша.

С чем же я столкнулась в роддоме? в связи с отсутствием мест в палатах, сразу после родов женщины попадают “на расселение” в коридор - и могут там пролежать день, а то и больше. В результате, женщины, а хуже того - их дети, оказываются в удручающем положении - пока они лежат в коридоре, роддом не отдает им детей - и дети находятся в отделении новорожденных. Детей привозят мамам только на кормление строго по графику - каждые три часа. Все это время бедные малыши и малышки (если проснутся раньше) жалобно, а часто и истошно, кричат и просят кушать. Более того, в промежутках между кормлениями мамами в отделении их докармливают молочной смесью. А вот теперь скажите мне, почему из-за временного отсутствия мест в палатах родильного дома моего ребенка лишают возможности кушать самое ценное молозиво в первые часы и дни после родов из маминой груди когда и сколько ему на самом деле хочется??? Почему из-за отсутствия мест в палатах мой ребенок - самое ценное для меня, - должен истошно рыдать по маминой груди целый час, потому что время кормления еще не подошло, а он неудачно так проснулся раньше времени. Кто-то в этот момент подумает: да ну - пустяки, это же длится недолго - ну поплачет-поскучает один денек - потом все забудется и даже не вспомнится. Я могу сказать на это одно: так может рассуждать только человек, не сведущий в глубинной психологии личности. Одна из важнейших закономерностей тут такова: все, что происходит или не происходит с ребенком тем судьбоносней, чем раньше это с ним произошло. Другими словами - самые важные, глубинные, самые фатальные для формирования личности ребенка вещи закладываются в первые часы и дни после рождения. В общем виде это происходит примерно так: родился ребенок - только-только отделился от мамы - и остался один - жалобно закричал, просит маму - ему страшно одному - мама все не появляется - страх усиливается и закладывается в глубинные бессознательные структуры - формируется общее самоощущение ребенка в мире: “здесь опасно”, вместе с ним - чувство недоверия к этому миру. Такой ребенок вырастает с внутренним глубинным страхом, что его бросят. Этот страх актуализируется (выходит наружу) в самых неожиданных ситуациях и в самых различных обличиях - когда подросток боится подойти первым познакомиться (страх быть отвергнутым - “меня бросят”), или когда он подозрительно ревнив к партнеру (ожидание, что меня бросят), или когда человек бросает любимого при малейшем подозрении на холодность с его стороны - бросает первым из страха, что его опередят и бросят самого) или когда боится открыть своими чувства другому (страх, что ты откроешься - значит, станешь более уязвимым в этом небезопасном мире) и т.п.

Все это очень печально и фатально для формирования личности ребенка. Мы как всегда переняли форму, но не уловили суть. Если бы в роддомах понимали глубинный психологический смысл грудного вскармливания “по требованию” - но увы и ах... Вообще российскому менталитету свойственно “западать” на форму без понимания сути и смысла.

А еще я увидела ужасающие примеры “силы авторитета”. Речь идет о таком явлении, крепко засевшем в умах и душах российского народа, как, назовем его, “доверие к инстанциям”. В общем виде его можно описать так: “если твоего ребенка уносит толстая тетя в белом халате - будь спокойна - она же врач! значит, ничего плохого твоему ребенку она не сделает, а если и сделает - значит, так нужно было - а то было бы еще хуже”. Это магическое доверие авторитетам очень удобно врачам и всем остальным, кто ходит в какой-либо форме. А вот и животрепещущий пример из жизни: на третий день моего пребывания в роддоме (когда ребенок уже был со мной в палате) я увидела как толстая тетя из отделения новорожденных ходит по палатам и сообщает мамочкам, что им нужно сейчас отвезти своих детей в отделение новорожденных, а самим пройти в общую комнату на какую-то беседу. Когда толстая тетя зашла к нам в палату, я задала ей несколько вопросов: надолго ли она предлагает оставить ребенка в отделении? о чем пойдет беседа с мамочками? что будут делать с детьми в это время? Оказалось, что на все планируется потратить 30 минут. Беседа проводится для того, чтобы мы смогли задать накопившиеся у нас вопросы по уходу за ребенком и по диете для кормящих матерей, а детей за это время взвесят и обработают.

В моей голове крутился большой вопрос - зачем ради ничего не значащей беседы на полчаса снова травмировать ребенка? Надо сказать, что наша палата была как раз за стеной от отделения новорожденных - и сутками оттуда доносился жалобный детский плач. Слушать это было настолько мучительно, что еще несколько дней после роддома я обостренно воспринимала плач собственной дочери. Было несложно представить - в какой атмосфере оказался бы мой ребенок на 30 минут - среди полного коридора 50-ти рыдающих детей - в таком море детского горя. Но раз тетя в белом халате сказала - значит, так надо, значит, так нужно. И о собственных интересах - в частности, интересах ребенка - уже никто даже не задумывался! Возможно, кому-то из мамочек эта идея, как и мне, не понравилась, но, повинуясь силе “доверия к инстанциям”, все безропотно покатили детей в отделение. Как же поступила я? Я просто-напросто осталась в палате со своей мирно спящей у меня под боком дочуркой - и никто в толпе не заметил нашего отсутствия. Но я уверена, что если бы кто-то еще отказался отвозить ребенка, грамотно обосновав свою точку зрения, он мог бы так же остаться в палате с ребенком и никуда не идти. Проблема в том, что у нас в менталитете не принято задавать тетям в халате (в форме, в костюме) неудобные вопросы, не принято думать рационально - а принято доверять тому “что тетя сказала” и делать это беспрекословно.

И еще один момент, который я бы хотела отразить здесь обязательно - это вопрос пеленания. В некоторых книгах или пособиях можно прочитать примерно следующее: “а в некоторых продвинутых роддомах разрешают не пеленать ребенка, а с самого рождения одевать в распашонки и ползунки”. В жизни всегда есть место парадоксам: в казалось бы продвинутом роддоме, в котором разрешены даже партнерские роды с мужем, в то же самое время остается актуальным тугое пеленание ребенка! Причем пеленание это настолько тугое, что скрючивает ребенка как сутулого старичка, сгибая эти маленькие плечики внутрь к груди так, что, кажется, ему трудно дышать! Его едва раскрывшиеся от первого воздуха легкие сжали так, что свою работу они временно выполнять полноценно не могут.

Печальная правда такова, что с самого рождения в нашей стране ребенку “указывают его место” - место винтика в этой сокрушающей системе, в которую уже давно и безропотно включена его мама. В первые дни жизни ребенок даже не может свободно вдыхать воздух этой планеты - его сразу и жестко ограничили во всем - в мамином молоке, в доступе воздуха, в удовлетворении его первых насущных потребностей, подкормками лишили шанса вырасти крепеньким, вскормленным только на мамином молоке. И это я уже не говорю о прививках. Таково печальное начало жизни маленького человечка. О формировании какой личности мы тогда говорим? Откуда взяться активной жизненной позиции у ребенка, получившего такой жизненный опыт в первые дни от рождения? У страны с такой системой родовспоможения, нет будущего...

P.S. То, что происходит на выписке из роддома - очень символично. Почему-то ребенка при выписке нужно опять отдать в отделение новорожденных, чтобы, пока мама одевается, ребенка там одели медсестры и (внимание!) в конвертике ребенка выносит и отдает его папе медсестра! Этот жест роддома отражает главенствующую позицию, которую роддом занимает в этом событии: он встает между мамой и папой, между мамой и ребенком как посредник между ними, тогда как третий там лишний. И вообще этот беспардонный, на мой взгляд, жест роддома, отбирает у матери, отстрадавшей и намучившейся достаточно в родовой палате, священное право - отдать самой папе из рук в руки ею выстраданного, рожденного ребенка.

Автор: Олеся Лёвкина

http://krsk.sibnovosti.ru/society/159445-u-strany-s-takoy-sistemoy-rodovspomozheniya-net-buduschego