Комитет по экономическим, социальным и культурным правам ООН нащупал все «болевые точки» Туркменистана, и не просто поставил диагноз, но и назначил «лечение», заключающееся в полном и скорейшем искоренении всех указанных недостатков.

Как уже сообщалось ранее, с 14 ноября по 2 декабря в Женеве проходила 47-я сессия Комитета по экономическим, социальным и культурным правам ООН (CASCR), на которой были рассмотрены периодические доклады о выполнении положений Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах рядом стран-членов ООН. 18 и 21 ноября в Женеве рассматривался первоначальный доклад, представленный Туркменистаном.

Присоединившись к указанному Пакту в декабре 1996-го года и ратифицировав его в мае 1997-го, туркменская сторона обязана была представить в ООН свои подтверждения соблюдения его положений еще в июне 1999-го года, однако сделала это, только спустя 10 лет. Затем еще два года было отпущено Туркменистану на исправление и дополнение своего доклада, исходя из предъявленных рабочей группой Комитета замечаний, среди которых основным было, как обычно, отсутствие конкретики. Также Комитет просил о предоставлении дополнительной информации по целому ряду вопросов, возникших по ходу прочтения доклада.

Следует отметить, что Туркменистан за всю 20-летнюю историю независимости присоединился к десяткам международных пактов и конвенций, среди которых главенствуют документы ООН: Конвенция о правах ребенка, Международная конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации, Конвенция ООН о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин, Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах, Международный пакт о гражданских и политических правах, Конвенция ООН о статусе беженцев, Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, Конвенция о политических правах женщин, Конвенция ООН против транснациональной организованной преступности, Конвенция о правах инвалидов и целый ряд других документов.

В то же время не ратифицирован Туркменистаном такой важный документ ООН, как Международная конвенция для защиты всех лиц от насильственных исчезновений. Да и с предоставлением периодических докладов в соответствующие комитеты ООН Туркменистан явно не торопится. Так, например, первоначальный доклад в Комитет ООН против пыток был представлен в 2010 году (вместо 2000-го), в Комитет по гражданским и политическим правам — в 2010 году (вместо 1998-го), в Комитет по правам инвалидов — в 2009 году (вместо 1999-го).

Несколько лучше обстоят дела с отчетами по соблюдению конвенций о правах ребенка, о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин и о предотвращении всех форм расовой дискриминации. Чтобы войти в график, туркменские чиновники и правоведы решили представлять на рассмотрение по два, три, а то и по пять докладов, вместив их в рамки одного. Но и при этом им не удалось избавиться от основного изъяна — отсутствия конкретных фактов, о чем постоянно напоминали и напоминают туркменской стороне на всех уровнях и во всех комитетах ООН.

«Комитет сожалеет об отсутствии точных и надежных статистических данных, что затрудняет оценку реального положения женщин во всех областях, охватываемых Конвенцией, и наличия прямых или косвенных форм дискриминации», — это заключение было сделано Комитетом по правам женщин. А вот мнение, высказанное по результатам обсуждения доклада в Комитет ООН против пыток: «Единственная статистика, приведенная как в данном документе, так и в устном выступлении, касалась количества заключенных в женских тюрьмах на севере страны — 2213, и это все. Это единственные статистические данные, которые были озвучены, — отметила эксперт комитета Фелис Гаер. — Мы не услышали никаких фактических данных: столько-то человек было арестовано, отдано под суд, освобождено из-под стражи и подвергнуто наказанию. Ничего».

Не помогло и то, что в Туркменистане была создана Межведомственная комиссия по обеспечению международных обязательств Туркменистана в области прав человека и международного гуманитарного права, о чем непременно рапортуется международным организациям разного уровня. Однако наличие комиссии еще не означает, что она должным образом работает. В противном случае, итог рассмотрения хотя бы одного туркменского доклада выглядел бы не столь удручающе.

Не стало исключением и обсуждение доклада в Комитете по экономическим, социальным и культурным правам, для участия в котором в Женеву прибыла солидная делегация, состоящая из представителей Меджлиса (парламента) Туркменистана, министерства юстиции, минэкономразвития, минобразования, министерства труда и соцзащиты, минздрава, министерства культуры и телерадиовещания, а также Национального института демократии и прав человека.

Как отметил в своем выступлении глава постоянного представительства Туркменистана при отделении ООН в Женеве Эсен Айдогдыев, «присоединение к Пакту [Международному пакту об экономических, социальных и культурных правах]... является результатом дальновидной реформаторской политики главы нашего государства». И это при том, что к данному Пакту Туркменистан присоединился в 1996 году — в период расцвета правления Сапармурада Ниязова! Но почему бы не приписать лишнюю заслугу ныне действующему президенту?

Далее г-н Айдогдыев привел многочисленные (но не всегда вполне реальные!) данные о росте ВВП, о строительстве газопроводов, железных дорог и санаториев, о несметных запасах углеводородов, об экспорте электроэнергии, о строительстве Авазы, о совершенствовании законодательно-правовой базы и т.п., что, по-видимому, должно было впечатлить присутствующих и убедить их в том, что население Туркменистана вполне счастливо и не имеет проблем, присущих гражданам других государств, у которых нет такого авторитетного лидера, «конструктивные инициативы которого находят широкую поддержку мирового сообщества».

В вердикте, вынесенным комитетом, в качестве положительного момента, было отмечено, что Туркменистан ратифицировал Факультативный протокол к Конвенции о правах инвалидов, Конвенцию Международной организации труда о запрещении и немедленных мерах по искоренению наихудших форм детского труда, Рамочную конвенцию ВОЗ по борьбе против табака, а также Конвенцию ООН о статусе апатридов. Далее следовал внушительный список основных проблем, вызывающих озабоченность международного сообщества. Таковых оказалось более тридцати.

Комитет выразил сожаление, что не получил достаточной информации о том, каким образом положения Пакта об экономических, социальных и культурных правах находят отражение во внутреннем законодательстве и проводимой властями внутренней политике, а также не была представлена информация о том, делались ли ссылки на положения Пакта при вынесении судебных решений.

Комитет обеспокоен тем, что в Туркменистане отсутствует независимая правозащитная организация, при этом отмечается, что Национальный институт демократии и прав человека находится в прямой зависимости от президента, а следовательно, не соответствует Парижским принципам, подчеркивающим обязательную независимость институтов, занимающихся поощрением и защитой прав человека.

Комитет обеспокоен информацией о негативных последствиях политики «туркменизации», которая отдает предпочтение лицам «титульной» национальности, что приводит к дискриминации в отношении национальных и этнических меньшинств, особенно в области образования и трудовой занятости. Также Комитет отмечает, что укоренившиеся в обществе стереотипы, дискриминирующие права женщин, отрицательно влияют на осуществление ими экономических, социальных и культурных прав.

Комитет выразил обеспокоенность тем, что существующее в Туркменистане правило обязательной прописки по месту жительства нарушает право граждан на свободу передвижения.

Комитет обеспокоен высоким уровнем безработицы в Туркменистане. Кроме того, отмечается, что представители этнических или национальных меньшинств сталкиваются с ограничениями при получении профессиональной подготовки и устройстве на работу как в частном, так и в государственном секторе. Комитет также обеспокоен тем, что Национальный центр профсоюзов является единственным профсоюзным объединением в Туркменистане, к тому же находящимся под контролем правительства. Подчеркивается, что отсутствие независимых профсоюзов может привести к различным нарушениям прав работников, тем более, что в туркменском законодательстве нет специальных норм, регламентирующих право работников на проведение забастовок.

В докладе отсутствуют сопоставимые данные о размерах пенсий, пособий по безработице и инвалидности, что не дает возможности сделать выводы об уровне социальной защиты наиболее уязвимых слоев населения, однако отмечается, что «предоставление социальной помощи и социальных пособий для лиц с ограниченными возможностями является недостаточным».

Комитет выразил озабоченность по поводу случаев насилия в отношении женщин, включая бытовое насилие и изнасилование в браке, и отсутствия в Туркменистане четкого законодательства, касающегося всех форм насилия в отношении женщин, в том числе, предполагающего уголовную ответственность за насилие в семье и изнасилование в браке. Также отмечается, что в докладе отсутствует информация об уровне распространения проституции и торговли женщинами и девочками. Комитет обеспокоен сообщениями о том, что в Туркменистане не принято достаточных мер по их профилактике и оказанию медицинской, социальной и правовой помощи жертвам. Кроме того, Комитет насторожили сведения о распространении в Туркменистане практики полигамных отношений, а также фактах принуждения ко вступлению в брак несовершеннолетних. Указывается, что государство не предпринимает никаких мер по защите женщин в полигамных семьях. Отмечается увеличение числа абортов, а также отсутствие точных данных, касающихся распространения ВИЧ/СПИДа, туберкулеза и инфекций, передающихся половым путем.

Комитет обеспокоен тем, что, отчасти из-за неравномерного распределения государственных доходов, множество семей в Туркменистане живет на грани нищеты и что значительная часть населения не имеет доступа к безопасной и питьевой воде, отвечающей санитарным нормам, особенно в сельской местности, что стало прямой или косвенной причиной распространения ряда тяжелых заболеваний, в том числе диареи, гепатита, дизентерии, полиомиелита, брюшного тифа, а также развития анемии у детей, находящихся на искусственном вскармливании. В области медобслуживания отмечается неправомерность перевода медицинских учреждений на принцип самоокупаемости, сокращения числа медицинских учреждений и штата медработников.

Осуждается существующая в Туркменистане практика переселения «неугодных» граждан в отдаленные районы страны, а также лишения людей жилья под предлогом осуществления градостроительной программы.

Комитет обеспокоен по поводу острой нехватки квалифицированных преподавательских кадров и учебных материалов, что создает препятствия для выпускников средних школ, желающих поступить в высшие учебные заведения в Туркменистане и за рубежом. Кроме того, Комитет осуждает получившую широкое распространение в Туркменистане практику взимания взяток за поступление в высшие учебные заведения. Отмечено также, что представители этнических меньшинств, в частности, казахи, узбеки, армяне и русские, не имеют возможности получать полноценное образование на родных языках. Также представители национальных и этнических меньшинств сталкиваются с серьезными препятствиями при осуществлении прав, связанных с национальной культурой и традициями. Комитет также обеспокоен тем, что источники информации, в том числе СМИ, подлежат государственному контролю, не допускающему свободы выражения мнений, и подвергаются цензуре, а интернет-сайты блокируются.

Комитет также отмечает, что члены некоторых религиозных групп, которым государство отказывает в регистрации, не имеют возможности в полной мере пользоваться правом на свободу вероисповедания.

Таким образом, можно с полной уверенностью сказать, что Комитет по экономическим, социальным и культурным правам ООН нащупал все «болевые точки» Туркменистана, и не просто поставил диагноз, но и назначил «лечение», заключающееся в полном и скорейшем искоренении всех указанных недостатков. В заключении Комитет высказал пожелание «обеспечить широкое распространение настоящих заключительных замечаний среди всех слоев общества, в частности среди государственных должностных лиц, судебной власти и организаций гражданского общества, перевести и опубликовать их, насколько это возможно, и информировать Комитет о шагах, принятых для их осуществления в своем следующем периодическом докладе», который должен быть представлен 2 декабря 2016 года.

http://www.gundogar.org/?0120511836000000000000011000000