Все больше на прилавках книжных магазинов появляется интересных книг – история мира в напитках, «что-нибудь и философия», теории заговора и т.д. И хотя подобное уже некоторое время выпускают многие издательства, началось все с деятельности «У-Фактория» – проекта, фактически ставшего пионером в издании интересных книг нон-фикшн. Русский журнал пообщался с редактором проекта Владимиром Харитоновым о том, о сем.

— Владимир, расскажите, пожалуйста, как образовался проект «У-Фактория» и каким образом редакторам проекта пришла идея издавать книги, в которых представлен взгляд философов на явления массовой культуры?

— Сам проект «У-Фактория» зародился в то время, когда в России началась мода на нон-фикшн. В Соединенных Штатах Америки как раз в это время вышла в свет книга «Сайнфельд и философия», в которой известные западные философы обсуждали этические, эстетические, политические проблемы, которые были представлены в американской «мыльной опере». И редакторам «У-Фактория» пришла замечательная идея издавать книги данной серии в России.

Прогнозировать интерес к этой продукции были достаточно легко, поскольку все мы, даже высоколобые интеллектуалы, так или иначе погружены в массовую культуру. Простой же читатель, знакомясь с подобными изданиями, как бы облагораживает сам себя, удовлетворяя не только потребность в развлечениях, но и осмысливая то, что является источником удовлетворения его потребности. Он знакомится с идеями Витгенштейна, Хайдеггера, Платона, Маркса и т.д. и т.п. Конечно, изначально были выбраны те книги, названия которых хоть что-то говорили отечественному читателю. Так русскоязычному читателю стали доступны «Симпсоны и философия», «Властелин колец и философия».

Кроме того, в этой же серии появились и другие интересные книги. Например, «Естественная история богатых» Ричарда Конниффа, в которой поведение элиты западного общества рассмотрено с точки зрения постулатов этологии.

— И каждая из этих книг выходила довольно большим тиражом. Если мне не изменяет память от 5000 до 10000. Это сравнимо с тиражами современных российских бестселлеров.

— Мне кажется, что это естественно. Ведь любая книга по философии ориентирована на довольно узкую нишу сумасшедших, которые этой самой философией занимаются. Ну, а «Симпсонов» или «Властелина колец» смотрели все, а если не смотрели, то хотя бы слышали о них. И вот оказалось, что знакомство с этими явлениями массовой культуры – не просто глупое времяпрепровождение за наблюдением жизни желтых человечков, а вполне осмысленное занятие, которое порождает море всяких мыслей и ассоциаций. И человек, знакомясь с этим, повторюсь, поднимается в собственных глазах. Нечто подобное сейчас происходит с серьезной научно-популярной литературой, взлет которой можно наблюдать на книжном рынке. Некоторые из научно-популярных работ выходят уже третьими тиражами.

— А какова, например, история русского издания книги «Стриптиз-культура»? Тема данной работы достаточно провокационная. Как происходило утверждение решения о ее печати?..

— Это интересная книжка, но не могу сказать, что я был от нее в восторге, хотя и имел отношение к ее отбору. Начальство действительно было против данной книги. Ему действительно не нравился ее посыл, ведь тема секса нашем обществе табуирована. Но, в конце концов, нам удалось убедить руководство издательства в том, что данный текст будет пользоваться популярностью у читателя. И после выхода первого тиража «Стриптиз культура» была быстро раскуплена.

— Могу подтвердить, что «Стриптиз-культура» была очень популярна у читателей. Также она была очень популярна и в Соединенных Штатах, по крайней мере, это одна из книжек, на которые ссылаются известные социологи в своих исследованиях массовой культуры. Тем не менее сегодня ушлые издатели продолжают продуцировать нон-фикшн в огромных количествах. Выходят книги под заголовками «Хаус и философия», «Гарри Поттер и философия», «Сумерки и философия». С вашей точки зрения, не дискредитирует ли это проект нон-фикшн, который взял неплохой старт?

— На самом деле это реализация одного и того же проекта. Вопрос стоит в его конкретном воплощении. Ведь сам он – довольно искусственная конструкция: авторы попытались скрестить высокую и массовую культуры. Будет ли эта конструкция смотреться органично, зависит от авторов книг, которые в этом проекте участвуют.

— А какие книги Вы можете назвать своими любимыми?

— На этот вопрос сложно ответить. Но я помню, что мне было интересно работать с книжкой по истории кухни. Мне до сих пор кажется, что эта ниша не заполнена, хотя на книги подобного формата есть спрос со стороны среднего класса и «хипстеров». Поэтому, я уверен, книги по данной тематике будут появляться. Последняя книга из этой серии была посвящена истории напитков.

— А каковы были отношения издательств «У-Фактория» и «Ультракультура»?

— Они принадлежали одному и тому же человеку. В настоящий момент, по моим сведениям, «У-Фактория» юридически еще не прекратила свое существование. Торговая марка «У-Фактория» принадлежит «АСТ» и вероятно только руководство «АСТ» досконально знает все юридические тонкости существования издательства. Однако фактически «У-Фактория» не существует. Московская редакция была закрыта, а люди, ее составлявшие, разошлись по домам. После фактического прекращения деятельности «У-Фактория» «Ультракультура» продолжила свое существование в течение полутора годов, но тоже в сокращенном виде.

Вероятно, главная причина отказа «АСТ» от использования «У-Фактория» состояла в одном из бессознательных принципов работы этого издательского холдинга – пожрать все мелкие издательства, вытянуть из них всё, что можно, выпустить на рынок, а потом уже разбираться, стоит ли их вообще содержать. Однако необходимо отдать должное «АСТ»: они использовали все наработки «Ультракультуры». Так, в серии «Философия» были изданы «Капитализм и шизофрения» Делеза и Гваттари, переиздана «Критика цинического разума» Слоттердайка и некоторые иные проекты.

К сожалению, «АСТ» прекратило реализацию ряда, как мне кажется, перспективных проектов. Например, «Мифологическая библиотека», «Великие цивилизации», «Академический бестселлер».

— Серия «Академический бестселлер» – это Ваша идея?

— Да.

— Почему Вы решили издавать эту серию?

— Россия – страна специфическая. Здесь издается очень много переводной литературы. Тому много причин. Одна из них – слабое владение иностранными языками. Поэтому даже интеллектуальная жизнь все равно, нравится нам это или не нравится, вынуждена питаться такой литературой. Кроме того, есть довольно большое количество книжек, которые были интересны западному читателю, и в перспективе они будут интересны и читателю отечественному. В этом плане не только обидно, но и неправильно, что встреча российской общественности с интеллектуальными бестселлерами Запада затягивается на долгие годы, порой на десятилетия (подобное произошло с «Капитализмом и шизофренией»).

— А почему первой книгой в серии «Академический бестселлер» вышла книга Камиллы Палья «Личины сексуальности»? Все-таки это книга 1990-го года.

— Как мне кажется, Камилла Палья сама по себе любопытная женщина. Она в американских кругах проходила как поп-интеллектуал, поскольку писала статьи в «Slate» и другие издания. О Палья и ее книге мне рассказал Сергей Никитин, который, собственно, затем и перевел «Личины сексуальности». Сегодня, оглядываясь назад, я думаю, что никогда бы не начал этого дела, поскольку в России в то время действительно переводилось очень много литературы подобного рода.

— Но это книга написана академическим стилем, в которой представлено пусть специфическое, но собственное видение автором некоторых вещей. С моей точки зрения, это полезное и нужное издание. Может быть, Ваше отношение к книге связано с неприятием феминизма как методу чтения литературы, философии, истории…

— Отнюдь. Я считаю феминизм вполне допустимым. Более того, в книжном пространстве России гендерные исследования не слишком широко представлены. Есть зияющие лакуны. Например, до сих пор вышла только одна книжка Батлер, что странно. Надеюсь, что эта лакуна будет заполнена.

— В серии «Масскульт» вышла книга «60 культовых фильмов мирового кинематографа». Не могли бы Вы рассказать, как шла над ней работа?

— Работа над каждой книгой осуществляется по-разному. Например, книжка может показаться забавной, интересной, любопытной. Но прежде чем ее издавать, необходимо понять, будет ли у нее какой-то читатель. Мне казалось, что у этой книжки свой читатель есть. Есть количество людей, число которых отлично от нуля, которые смотрят фильмы категории артхаус и интересуются странными фильмами. Безусловно, к тому году, в котором эта книга вышла из печати, большая часть фильмов, упомянутых в книге, была недоступна зрителю.

— Как мне кажется, эта книга все же не совсем про артхаус. Она, скорее, про особый сегмент кино. Лично я с большим удовольствием ее прочитал. Она помогла мне, по крайней мере, осмыслить некоторые феномены кино, понять, что культовое кино – это довольно специфический американский феномен. И автор это хорошо демонстрирует. Кстати, те фильмы, которые перечислены в книге, интересно смотреть, в отличие от артхауса, который довольно нуден и часто довольно тяжело воспринимается.

Вспоминается, что некоторые из изданий «У-Фактории» были достаточно скандальными. К ним предъявляли претензии правоохранительные органы. Насколько я помню, такой книгой была «Клубная культура».

— И не только она. Претензии у правоохранительных органов к нашим книгам начались с самого первого издания, которое называлось «Аллах не любит Америку». Как только она вышла и появилась на прилавках в Екатеринбурге, местная прокуратура тут же ею заинтересовалась. Правда, дальше интереса дело это не пошло, однако книжку изъяли из магазинов. Далее было несколько административных дел против продавцов, торговавших продукцией нашего издательства. Некоторые из торговых точек по решению суда были закрыты, другие оштрафованы.

Кажется, в 2006 году появился депутат Чуев, который написал в Прокуратуру депутатский запрос с требованием разобраться, почему наше издательство издает книги, в которых ведется пропаганда порнографии. До сих пор удивляюсь, как можно пропагандировать порнографию?.. Даже само словосочетание смешно. По данному запросу велось предварительное расследование. Потом, насколько я понимаю, вся эта тема практически закрылась, потому что обвинения были нелепы. Претензии, кстати, предъявлялись как к художественным, так и к нехудожественным книгам. В частности, детским книжкам Бёрджеса. Претензии у прокуратуры были к книге «Сучка по имени Леди», про жизнь собачки глазами собаки. Тогда, конечно, помогло, что сам Бёрджес приехал в Москву на фестиваль и пообщался с женой тогдашнего президента. Как раз после этого случая Прокуратура немножко затихла, потому что нелепо всё-таки считать порнографом писателя, который общается с первой леди страны.

Но главный скандал 2006 года был связан с книгой «Культура апокалипсиса», которую выпустила «Ультракультура», и книжкой «Клубная культура», которая как раз вышла в серии «Масскульт». Да, эти книжки были признаны пропагандирующими наркотики, и это было прецедентное дело: суд постановил тираж уничтожить, и тираж был уничтожен. Меня всегда интересовало, как именно он был уничтожен. Наверное, сжигали…

— Сейчас, я так понимаю, приятным образом для всех представителей и любителей альтернативной культуры книжки выходят вновь.

— Действительно, выходят. Кстати, наконец-то вышла книга «Грядущее восстание». Она принадлежит анонимным авторам и даже подписана «Невидимый комитет». Вышло «Грядущее восстание» во Франции несколько лет назад по следам молодежных волнений 2005 года. Это отчасти философский, отчасти политический манифест, направленный против господствующей системы. Книжка очень интересная и очень хорошая. Не могу сказать, что это манифест Коммунистической партии, но, в общем, пафос в ней такой. К сожалению, тираж книги будет небольшой, впрочем, это беда всех книг, которые ныне издает «Ультракультура».

— Когда Вы издаете эти книги, то ориентируетесь все-таки на их коммерческую успешность? Ведь маленькие тиражи означают, что книги будут покупаться любителями и поклонниками подобной литературы.

— Факт мизерных тиражей – это вынужденная ситуация. Конечно, хотелось бы издавать бóльшими тиражами. Но ни финансовых, ни экономических, ни логистических возможностей нет. Что касается просвещения, то издание в любой нормальной литературы – это просвещение, как бы неприятно это ни казалось некоторым философам.

Беседовал Александр Павлов

http://bukvoid.com.ua/digest/2011/07/19/082046.html