Концепт women’s human rights, появившийся в международных документах в последние десятилетия ХХ в., отражает развитие взглядов на права женщин. Европейское либеральное право, несмотря на претензию на универсальность, формировалось как право избирательное, ориентированное только на мужчин и исключающее женщин (как, впрочем, и некоторые другие категории граждан). И хотя в XIX в. женщины обрели некоторые всеобщие «права человека», однако термин «права женщин» использовался в основном для обозначения «материнсикх прав» (материнских льгот) для работающих женщин. На протяжении ХХ в. не прекращались дискуссии о том, должны ли женщины обладать только «общими» правами, которые обеспечивают им формальное равенство с мужчинами, или должны иметь еще и «специальные материнские права». Специальные права женщин также получали неоднозначную оценку: с одной стороны, они позволяют сочетать работу и семью, а, с другой, ограничивают конкурентоспособность женщин на рынке труда. Помимо этого, стал очевидным и другой факт: для реализации женщинами прав человека недостаточным оказывается создание законодательных норм и механизмов их соблюдения – пользование правами для женщин во многом зависит от изменения культурных норм и стереотипов. Создание дополнительных средств защиты прав женщин признано международным сообществом необходимым потому, что факт принадлежности женщин к «человечеству» оказался недостаточным для обеспечения равенства их прав.

Так появился концепт «women’s human rights», который включает весь спектр прав человека, а также специальные права, связанные, во-первых, с материнством, а, во-вторых, обусловленные необходимостью преодоления дискриминации в отношении женщин. И хотя этот многозначный концепт пока переводится на русский язык неуклюжим термином «права человека для женщин» или «права человека в отношении женщин», однако замена его простым (и более звучным с точки зрения русского языка) словосочетанием «права женщин» чревата утерей нового важного смысла. 

См. также: права человека