МОСКОВСКИЙ ЦЕНТР ГЕНДЕРНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ

Содержание:

• Кравченко Е.В.:
  Анализ исходной информации в здравоохранении с учетом гендерной компоненты

• Наталья Серова:
  Борьба за жизнь

• Всем рожать. Пока за деньги.

• Новая концепция охраны детей: министры — за, врачи — против

• Правительство утвердило программу бесплатной медицинской помощи

• Алексей Андреев: Лекарства, которые нас убивают

• Дмитрий Ларченко: Научно обоснованный расизм или таблетка для черных

• Лекарства, которые нас не лечат

• Эндрю Четли.
  Проблемные лекарства. Женщины и лекарства: нарушая хрупкий баланс

• Некоторые химические вещества могут влиять на пол зародыша

• Качество медико-статистических данных как проблема современного российского здравоохранения

АНАЛИЗ ИСХОДНОЙ ИНФОРМАЦИИ В ЗДРАВООХРАНЕНИИ С УЧЕТОМ ГЕНДЕРНОЙ КОМПОНЕНТЫ

Кравченко Е.В.
Материал сайта: http://www.owl.ru

Кризис здравоохранения, ухудшение медицинского обслуживания, обусловленное недостаточным финансированием сферы здравоохранения в последние годы, сильнее сказывается на женщинах, чем на мужчинах, поскольку женщины, как правило, чаще пользуются услугами системы здравоохранения и обычно следят за здоровьем семьи. Рост платных медицинских услуг также в большей степени отразился на женщинах, поскольку в переходный период именно они больше пострадали в экономическом плане. Семьи с одним родителем, главами большинства которых являются женщины, особенно уязвимы в этом отношении. Подобная тенденция особенно видна на примере лекарств, где господствует платность в российском варианте. По данным общероссийского обследования домашних хозяйств и здоровья населения, отсутствие денежных средств все в большей степени становится основной причиной невозможности приобретения лекарственных средств. Так, среди тех, кому выписаны лекарственные средства, доля имеющих возможность приобрести их снизилась за последние 3–4 года с 62% до 45%. Из тех, кто не может приобрести лекарственные средства, 48% назвали основной причиной их стоимость, 45% — их отсутствие. Отмечаются трудности, с которыми сталкиваются престарелые граждане и другие группы населения при получении бесплатных или субсидируемых лекарственных средств.

Растет заболеваемость девочек-подростков. Только за последние 3 года уровень общей заболеваемости девочек вырос на 17,2%. У 50–75% девочек отмечаются различные расстройства здоровья, которые в последствии могут повлиять на реализацию репродуктивного потенциала (течение беременности, родоразрешение, здоровье новорожденных). Отмечается замедление темпов полового созревания, в результате чего 20% девушек фертильного возраста являются функционально неготовыми к нормальному вынашиванию беременности. По данным Минздрава России, показатели заболеваемости среди девочек-подростков на 10–15 процентов выше, чем у юношей.

Привлекает к себе внимание проблема репродуктивного здоровья не только девочек, но и мальчиков. По данным А.Г. Румянцева, 48% заболеваний репродуктивной функции у мужчин имеют корни в детском и подростковом возрасте. Патология органов репродукции и связанных с ней систем отмечена у 44,6% подростков мужского пола 10–15 лет.

Причины смертности и заболеваемости у мужчин и женщин имеют свои особенности. Смертность мужчин в трудоспособном возрасте в 3,9 раза превышает смертность женщин, причем от болезней органов дыхания — в 5,3 раза, болезней системы кровообращения — в 4,3 раза, несчастных случаев, травм и отравлений — в 5 раз. Доля мужчин среди умерших от инфаркта миокарда и туберкулеза составляет 90%. Велика смертность трудоспособных мужчин на селе, особенно от заболеваний органов дыхания, (здесь она в 1,3 раза выше, чем в городской местности) и неестественных причин (в 1,2 раза).

Среди социально-экономических проблем, имеющих важное общегосударственное значение, видное место занимает проблема инвалидности. Состояние этой проблемы является одной из основных характеристик общественного здоровья и социального благополучия страны. По данным Минздрава России, в общем контингенте инвалидов мужчины составляют 55,2%, женщины — 44,8%, в каждой возрастной группе уровень общей инвалидности среди мужчин больше, чем среди женщин.

Здоровье — важнейший фактор, определяющий репродуктивную функцию женщин. Особенностью происходящих в нашей стране демографических процессов в современных условиях является то, что при низких уровнях рождаемости (8,4% — 1999 г.) и ее суммарного показателя на уровне европейских стран (Швеция, Дания, Великобритания и др.), в нашей стране остаются крайне низкими показатели репродуктивного здоровья населения, особенно женского.

Резко снижается уровень санитарно-гигиенической культуры, в худшую сторону меняется образ жизни населения, на 50% определяющий состояние здоровья. В России курят не менее трети женщин. Среди женщин прогрессирует заболеваемость алкоголизмом и наркоманией. В 1999 году на долю женщин, состоящих на учете по поводу алкоголизма, приходится 15,2% (1997 год — 14,5). Показатель распространенности наркомании среди женщин составил в 1999 г. 40,1 на 100 тыс. женщин (в 1999 г. — 28,7). Уровень заболеваемости сифилисом в 1999 г. по сравнению с 1989 г. увеличился более чем в 43 раза и составил 186,7 на 100 тыс. населения, более 50% среди заболевших составляют женщины, а среди 28 тыс. ВИЧ-инфицированных — 20,3%. Около 90% женщин, зараженных ВИЧ, находятся в детородном возрасте.

Продолжает ухудшаться качество здоровья беременных женщин. За последние 3 года заболеваемость анемией выросла на 5%, болезнями почек — на 15%. Остается высокой доля женщин, страдающих поздним токсикозом, болезнями системы кровообращения. Это свидетельствует не только о росте числа заболеваний, осложнивших роды, но и о недостаточной эффективности профилактических и лечебных мер, проводимых женскими консультациями в отношении этих видов патологии.

Резко сократилось число нормальных родов, удельный вес которых в 1999 года составил по России 31,1%, а в ряде субъектов Российской Федерации этот показатель не достигает 25%.

Несмотря на специфику женского здоровья, действующая методология расходов на медицину не учитывает ни нормативные, ни фактические расходы по поло-возрастному принципу, хотя соответствующие показатели в первичной регистрации форм медицинской помощи (госпитализация, поликлиническая и скорая помощь) имеется.

Важнейшим инструментом, организующим финансовое пространство здравоохранения, является Программа государственных гарантий предоставления бесплатной медицинской помощи населению, стоимость которой рассчитывается исходя из средней стоимости одного койко-дня по стационарной помощи, стоимости одного посещения поликлиники и стоимости одного вызова скорой помощи с учетом уровня госпитализации и количества посещений на одного человека.

Ежегодно стоимость Программы увеличивается примерно на 20%, затраты на 1 жителя 2003 году в расчете на год. Составной частью Программы государственных гарантий обеспечения граждан Российской Федерации бесплатной медицинской помощью выступают средства обязательного медицинского страхования, финансирующего базовую программу ОМС. В бюджете Федерального фонда обязательного медицинского страхования отдельной строкой выделяются расходы на программу охраны материнства и детства. Объем финансовых средств, выделяемый на здравоохранение, определяется возможностями страны и явно не соответствует потребностям общества. Расходы на здравоохранение и физическую культуру из бюджетов всех уровней и за счет средств обязательного медицинского страхования в ВВП составляют 2,9%.

Как же распределить средства на медицину в гендерном аспекте, если составом населения и спецификой заболеваний (в том числе и по полу) определяются виды медицинской помощи и расходы на ее оказание. Существующая информация, на основе определенных методов расчета, позволяет установить ориентиры расходов на оказание медицинской мужчинам и женщинам. Подобные подходы возможны на базе использования данных коммерческих лечебных страховых организаций, научных исследований. Укажем в этой связи хотя бы на самый простой метод — вычленение из общих затрат тех, которые приходятся исключительно на женщин и детей по Программе государственных гарантий.

Временный порядок финансового взаимодействия и расходования средств в системе обязательного медицинского страхования граждан, установленный Федеральным фондом ОМС предусматривает использование дифференцированного подушевого норматива финансирования страховых медицинских организаций. Речь идет по существу о дифференцированных по полу и возрасту граждан страховых платежах в системе обязательного медицинского страхования. Определяющими факторами, от которых зависит расчет страховых платежей, являются потребность населения в лечебно-профилактической помощи и ее стоимость. Эта потребность различна в отдельных возрастных и половых группах. Поскольку возрастно-половая структура населения в тех или иных регионах страны имеет определенные различия, возникает необходимость расчета коэффициентов потребления лечебно-профилактической помощи по группам населения для конкретных административных территорий (республики, края, области, крупного города, района), которые могут быть использованы при определении дифференцированных подушевых нормативов финансирования.

В нормативно-методических документах, изданных в связи с переходом учреждений здравоохранения на новые условия хозяйствования для дифференциации бюджетных нормативов, рекомендовано использовать данные зарубежной статистики об индексах расходов на медицинскую помощь в зависимости от возраста и пола. Эти данные трансформированы в таблицу использования медицинской помощи в зависимости от возраста и пола на одного человека в соответствующей половозрастной группе в безразмерных эквивалентных единицах.

Для получения необходимых для расчета сведений можно воспользоваться материалами местных органов государственной статистики или страховых организаций о численности населения (или застрахованных) по половозрастным группам, данными учета обращающихся в медицинские учреждения и данными экономических служб органов здравоохранения о стоимости медицинской помощи. При этом может быть использован выборочный метод сбора материала, что позволит ускорить проведение работы и обеспечить достоверность итоговых показателей.

Введение в расчет стоимостных показателей позволяет получить в результате единые коэффициенты потребления лечебно-профилактической помощи, отражающие как затраты на стационарное, так и амбулаторно-поликлиническое лечение.

Полученные в результате расчетов ряды итоговой стоимости лечебно-профилактической помощи по полу — возрасту подлежат приведению к средней величине стоимости лечебно-профилактической помощи одному жителю, приравненной к 1,00 (к примеру, мужчины — 26610 руб., женщины — 29950 руб.). Эти расчеты позволяют оценить финансовую потребность по каждому из полов. Но самые тщательные расчеты нормативных расходов по полу и возрасту есть только средство для оформления здравоохраненческой политики.

Важнейшей стратегической целью социальной политики является улучшение состояния здоровья населения на основе доступной широким слоям населения медицинской помощи и повышения качества лечебных услуг. Политика в области охраны здоровья населения должна предусматривать, прежде всего, воздействие на индивидуальные привычки людей и осуществляться по следующим основным направлениям: формирование понимания у людей необходимости позитивных изменений в образе жизни и поддержка их стремления к ним, в том числе путем повышения их медико-гигиенических знаний; создание соответствующих мотиваций в отношении к своему здоровью, выработка умения и навыков здорового образа жизни; создание условий, способствующих улучшению качества жизни и укреплению здоровья населения.

Основными направлениями в реализации этой политики является совершенствование законодательства и определение приоритетов профилактической деятельности.

Следует усилить внимание к законодательному определению ответственности за обеспечение конституционного права граждан на бесплатную медицинскую помощь. Это право, как показывают различные проверки, постоянно нарушается, в том числе и в отношении беременных женщин. Программой государственных гарантий обеспечения граждан бесплатной медицинской помощью (постановление Правительства РФ от 26.11.99 г. № 1194) в рамках базовой программы обязательного медицинского страхования предусмотрено оказание амбулаторно-поликлинической и стационарной помощи при беременности, родах и в послеродовом периоде, включая все аборты.

Однако практика показывает, что за эти услуги женщинам в той или иной мере приходится платить. Негласная такса по Москве за "бесплатные" роды составляет 200–300 долл. Обзор платных услуг, которые предоставляют роддома и медицинские центры, показывает, что стоимость родов на платной основе обходится от 1000 до 1500 долл. Вот, например, информация по роддому № 25 г. Москвы (метро "Университет"). За то, чтобы родить здесь, пациентки платят 200 долл. лично врачу и тогда рожают в бесплатном отделении и платят 1000 долл. по контракту и тогда их размещает в более комфортабельном платном отделении. При этом медицинская помощь часто оказывается неквалифицированно. В результате, указанный роддом оставляет плохое впечатление у каждой пятой платной пациентки и у каждой четвертой бесплатной. Часто женские консультации "вымогают деньги" у своих пациенток, предлагая им вместо положенной по закону бесплатной медицинской помощи услуги частных врачей и поликлиник.

Законодательством должно также предусматриваться создание благоприятных экономических условий для организаций, реализующих программы укрепления здоровья и профилактики заболеваний среди своих работников, а также льготы для инвесторов, направляющих свои средства на улучшение социальных условий и состояния окружающей среды, способствующих здоровому образу жизни.

Должны найти отражение в законодательной базе вопросы защиты семьи, и, прежде всего женщин и детей, а также людей преклонного возраста. И как показала практика, для этого нужно сильное "женское лобби". К примеру, в Комитете по здравоохранению Госдумы прошлого созыва была одна женщина — О.А. Беклемищева. Она сумела доказать идею главного приоритета в распределении средств Федерального фонда ОМС по регионам — на материнство и детство, которые стали особо выделять из общей суммы средств. В результате введения Фондом правила преимущественного финансирования тех территорий, где разработаны на этот счет программы (система софинансирования), все регионы их сделали, и охрана материнства и детства стала лучше финансироваться

Назрела необходимость принятия решений о проведении структурных и организационных преобразований в системе здравоохранения и изменении функций ряда медицинских служб с целью уделить больше внимания проведению предупредительных мероприятий, направленных на охрану здоровья населения и профилактику заболеваний.

Они должны предусматривать:

• увеличение доли финансирования первичного звена здравоохранения - амбулаторно-поликлинических медицинских учреждений с целью развития профилактического направления их работы;

• укрепление нормативной и финансовой базы для работы врача общей практики;

• совершенствование системы медицинского страхования;

• подготовка специалистов по вопросам пропаганды здорового образа жизни.

В этой системе должны быть решены ряд вопросов гендерного порядка. В их числе — снижении материнской, перинатальной, младенческой и детской смертности, в котором экономически развитые страны мира добились огромных успехов в последние 25 лет, проведя "перинатальную революцию" путем внедрения в практику работы эффективных форм и методов помощи в период беременности и родов женщине-матери и новорожденному. В нашей стране таких успехов нет. Уровень материнской и детской смертности в настоящее время близок к тому уровню, который был зафиксирован в начале 70-х годов, и в 4–5 раз превышает аналогичные показатели развитых стран. Это является объективным подтверждением неэффективности государственной политики в области охраны материнства и детства.

В течение года от осложнений беременности, родов и послеродового периода умирает 560–570 женщин. Материнская смертность составляет 50,5 на 100 тыс. родившихся. Это выше, чем в развитых европейских странах. Младенческая смертность составляет 1649 на 100 тыс. родившихся живыми. Для сравнения: в Финляндии этот показатель составляет 398, в Швеции — 402, Японии — 424. Среди причин младенческой смертности в нашей стране лидируют состояния в перинатальном периоде, врожденные аномалии, пневмонии, инфекционные и паразитарные болезни, травмы и отравления. Эти потери вполне возможно уменьшить.

Ухудшение здоровья беременных женщин привело к увеличению частоты невынашивания беременности, сокращению числа нормальных родов, что, безусловно, отражается на качестве потомства. Увеличилось число рождения недоношенных, маловесных детей и детей с врожденными пороками развития. Их выхаживание обходится государству в 250–300 раз дороже, чем медицинское обеспечение здоровых новорожденных. Каждый третий доношенный новорожденный ребенок также имеет отклонения в состоянии здоровья. В связи с тем, что не решены в полной мере проблемы ранней диагностики и своевременного лечения заболеваний, приводящих к инвалидности, значительная часть этих детей в дальнейшем пополнит число детей-инвалидов. Все эти проблемы еще больше обостряют демографический кризис. Одно из важнейших направлений их решения — укрепление службы охраны здоровья матери и ребенка, в том числе с тяжелой патологией.

Крайне актуальным является улучшение качества жизни семьи и повышение ее роли в сохранении здоровья. Проблема улучшения качества жизни семьи должна быть одной из приоритетных в деятельности органов государственной власти и местного самоуправления, она должна решаться, прежде всего, в рамках реализации программ формирования здорового образа жизни с привлечением общественных организаций.

Еще одна гендерно нагруженная область — условия труда и травматизма, где необходимо:

• проведение мониторинга условий труда и состояния здоровья работающих, создание на этой основе базы данных и федерального регистра профессиональных заболеваний, выделение групп повышенного риска;

• уточнение критериев оценки риска нарушения здоровья работников вследствие воздействия факторов производственной среды в целях осуществления мероприятий по улучшению условий труда, снижению профессиональной и производственно обусловленной заболеваемости;

• совершенствование системы медико-социальной и трудовой реабилитации с целью рационального решения вопросов трудоспособности.

В этих работах необходимо выделить пол, поскольку он имеет значение для лучшей постановки медицины в Российской Федерации.

В целях желаемого улучшения в финансовой сфере Правительство предлагает объединить два вида страхования — медицинское и социальное. Задача — повысить уровень социальной защиты в связи с заболеваниями и утратой трудоспособности граждан за счет повышения управляемости системами социального страхования и улучшения уровня их финансовой обеспеченности.

Возможность объединения систем социального страхования и обязательного медицинского страхования связана с тем, что социальное и медицинское страхование имеют своим объектом один и тот же страховой случай - заболевание застрахованного. Мыслится, что единая система обязательного медико-социального страхования позволит обеспечить взаимосвязь профилактики, лечения, реабилитации и выплаты пособий по нетрудоспособности, сформировать более эффективные механизмы контроля за выплатой пособий по временной нетрудоспособности на основании сведений о характере заболеваний и оказанной медицинской помощи, снизить административные расходы, усовершенствовать порядок предоставления санаторно-курортного лечения, перенеся центр тяжести на оплату реабилитационного лечения после перенесенных заболеваний, а затем профилактического обслуживания при хронических заболеваниях.

В объединенном фонде медико-социального страхования на федеральном уровне станут аккумулироваться средства, позволяющие эффективно решать задачи выравнивания экономических возможностей субъектов Российской Федерации по выполнению государственных гарантий в области медицинского и социального страхования. Эта часть единого социального налога, часть единого налога на вмененный доход, направляемая на цели обязательного медицинского и социального страхования, страховые взносы за неработающее население из федерального бюджета (рассматривается вопрос о направлении на эта цели части налога на доходы физических лиц, части акцизов на алкогольную продукцию и табачные изделия).

Создание единой системы медико-социального страхования позволит внести изменения в перечень направлений и порядок расходования аккумулируемых финансовых средств по сравнению с действующей системой социального страхования. Эти изменения включают:

• новую схему оплаты пособий по временной нетрудоспособности;

• упразднение некоторых видов расходов, в частности расходов на оздоровление работников и членов их семей.

И здесь не обойтись без учета интересов по полу с тем, чтобы положение женщин не ухудшилось в большей степени, чем мужчин, пользующихся услугами страхования. Положение их явно ухудшится, если Госдума примет предложения Правительства не оплачивать первые дни заболеваний, ограничить продолжительность оплачиваемого ухода за заболевшим ребенком и т.п.

Однако намеченные ныне направления реформирования здравоохранения ставят вопрос не только о перераспределении средств внутри государственного сектора экономики (бюджет и обязательное страхование), но и об увеличении участия населения в обеспечении медицинских услуг на основе их платности. Такой подход должен быть тщательно просчитан со всех позиций, в том числе и с гендерных, принимая во внимание повышение женщин и детей в составе пользователей, уровень и дифференциацию их доходов, феминизацию бедности.

Намеченный переход связан, прежде всего, с рационализацией бюджетных расходов на содержание лечебно-профилактических учреждений. Первоочередными мероприятиями по реализации задач в ближайшее время станут:

• разработка нормативов минимальной бюджетной обеспеченности расходов на здравоохранение и нормативов ресурсной обеспеченности здравоохранения на всех уровнях;

• создание системы национальных счетов в здравоохранении для обеспечения контроля за использованием имеющихся финансовых средств;

• отработка механизма финансового выравнивания условий оказания медицинской помощи в рамках реализации территориальных программ государственных гарантий в зависимости от состояния здоровья населения, уровня социально-экономического развития регионов и ресурсной обеспеченности здравоохранения.

Важным для успешного решения накопившихся проблем станет дальнейшее совершенствование законодательства в области охраны здоровья граждан. В связи с этим необходимо ускорить разработку и принятие ряда федеральных законов. Важнейшими первоочередными мероприятиями является разработка федеральных законов "О здравоохранении в Российской Федерации", "О медико-социальном страховании", "О регулировании частной медицинской деятельности", "О правах пациентов".

Их принятие заложит правовые основы для обеспечения доступности и повышения качества услуг здравоохранения в рамках объединенной системы медико-социального страхования, а также позволит сбалансировать программы обязательного медико-социального страхования с ее финансовым обеспечением, решить проблему платежей на обязательное медицинское страхование неработающего населения, завершить переход к системе подушевого принципа финансирования, добиться полной реализации программы государственных гарантий предоставления населению бесплатной медицинской помощи и ввести действенные механизмы контроля за выплатой пособий по временной нетрудоспособности.

Внедрение новых организационно экономических механизмов (в частности, постоянно действующих комиссий по планированию, ценам, эффективности ресурсов) должно содействовать обеспечению хозяйственной самостоятельности и увеличению разнообразия организационно-правовых форм медицинских организаций, переход к единым методам оплаты медицинской помощи, повышению действенности механизмов координации управления здравоохранением, а также уточнение соответствующих надзорных полномочий на федеральном и региональном уровнях, процедур лицензирования и регулирования деятельности страховщиков.

Таким образом, основные гендерные проблемы здравоохранения таковы:

• для женщин — это материнство (обратив особое внимание на здоровье и профилактику заболеваний у девочек подросткового периода), планирование семьи, профилактика и снижение числа абортов, увеличение охвата женщин современными контрацептивными средствами; обеспечение безопасных родов, прежде всего, интенсивное внедрение современных перинатальных технологий в учреждениях родовспоможения; сокращение смертности в послеродовом периоде; отработка эффективной системы ранней диагностики онкологических заболеваний репродуктивной системы женщин; массовая профилактика и лечение болезней женщин переходного возраста, возникающих в постменопаузальном периоде;

• для мужчин – сокращение сверхсмертности (прежде всего, борьба со случайными отравлениями и травмами), а также инвалидности по производственным условиям, здоровый образ жизни, борьба с вредными привычками, борьба с инфекционными заболеваниями (СПИД, туберкулез, вирусные гепатиты и др.).

БОРЬБА ЗА ЖИЗНЬ

Наталья Серова.
Публикация сайта Политком.ру

Все уже как будто привыкли к тому, что, пока аналитики колдуют над печальной статистикой рождаемости и смертности в России, СМИ с известной периодичностью разражаются стенаниями по поводу чудовищной смертности детей, мужчин, наркоманов или любителей "паленого" алкоголя или прямо говорят о "демографической яме", в которую попала Россия.

Между тем сопоставление данных, вывешенных на сайте Госкомстата, позволяет говорить о том, что рост смертности, равно как и спад рождаемости, является следствием апатии, неврозов и психологического дискомфорта. Попросту говоря, не так уж много найдется людей, полагающих, что "жизнь прекрасна" и стремящихся излить эту радость, даря жизнь своим детям.

Заметим, что готовность создавать семью и рожать детей, существенно отличающаяся от потребности "иметь партнера", чтобы "убежать от одиночества" или "удовлетворить естественные потребности", никогда напрямую не зависела - а в ряде стран до сих пор не зависит - от материального благополучия. Аналогичным образом прирост населения не является производной от уровня и доступности медицинского обслуживания.

Однако все эти показатели влияют на настрой людей и их готовность тратить время и силы на нелегкое дело продления рода, причем влияние этих чисто материальных факторов, как правило, определяется состоянием общества - как фоном, и ценностными установками отдельного человека, формируемыми не без участия общего фона, - в каждом конкретном случае.

Иными словами, готовность людей рожать и растить детей определяется неким драйвом, который, с одной стороны, трудно формализовать и спрогнозировать, но достаточно легко объяснить постфактум. К таким феноменам относятся "демографические взрывы", наблюдающиеся после окончания войн даже на фоне бедности и разрухи. Это в частности хорошо видно на примере "демографического взрыва" сразу после Великой отечественной войны, и относительно вялой реакция населения на компанию по повышению рождаемости и поддержке многодетных семей, проведенную в 70-80 годах прошлого века. Тогда и квартиры давали, и специальные отделы с "дефицитом" в магазинах открыли, и пособия какие-никакие платили, но ничего подобного послевоенному взлету рождаемости так и не добились.

И, надо признать, что "слава Богу", поскольку положение, в котором оказались многодетные семьи в конце 80-х - начале 90-х, мягко говоря, оставляло желать лучшего. О том, что было потом, лучше вообще не вспоминать: фрустрированные отцы, впадающие в депрессию из-за невозможности хотя бы элементарно прокормить детей, задерганные, с нервным - а зачастую и физическим - истощением матери и неухоженные, зачастую голодающие и плохо развитые дети.

Сегодня, когда "дети перестройки" подросли, молодежь оказалась заражена синдромом "жажды нормальной жизни", который представляет из себя взрывоопасную смесь из желания заработать или добыть денег и почти демонстративного отказа от ответственности. Если еще 20-25 лет назад стремление "чтобы все, как у людей" работало на длительную мобилизацию сил и подразумевало не только определенный уровень жизни, но и вполне определенные статусные компоненты (работа, дружная семья, дети, перспективы), то сегодня, будучи помноженным на ставшую расхожей формулу - "это не мои проблемы", требование "как у людей" сводится к чисто материальному и работает на размывание ткани нормальной жизни.

Ну, а дальше, как говорится, в меру испорченности. Одни начинают пить и мрут от дрянной водки - таких в стране только в прошлом году, по данным Госкомстата, было около 40 тысяч. Другие садятся на наркотики и умирают от чего угодно, начиная с элементарных простуд, бронхитов и пневмоний и заканчивая передозировкой - таких ежегодно около 70 тысяч. Третьи, добившиеся относительного благополучия и севшие за руль автомобиля, гибнут в транспортных авариях - их 44,6 тысяч.

Еще 52,3 тысяч кончают самоубийством, причем с каждым годом растет число подростковых самоубийств, и это по настоящему страшно. Картину дополняют данные Минздрава о детской смертности: каждый год в России умирает 700 тысяч детей, т.е. в 3,4 раза больше, чем наркоманов, самоубийц, любителей "левой" водки и жертв транспортных происшествий - вместе взятых.

Стоит ли удивляться, что на этом фоне женщины стремятся избавиться от "неожиданной" беременности, полагая ее "нежелательной" и исходя как из вполне прозаических соображений, связанных с перспективой потери работы и сложностью прокормить "лишний рот", но и не желая "плодить нищету", т.е. людей, которые еще до своего рождения обречены на жалкую жизнь и медленное вымирание.

Тут стоит напомнить еще и о том, что, по данным того же Госкомстата, каждый двадцатый работник, занятый в обрабатывающей промышленности, строительстве, сельском хозяйстве, ЖКХ, культуре, образовании, здравоохранении и в сфере социальных услуг имеет не погашенные задолженности по заработной плате.

Только в Центральном федеральном округе на 1 августа 2005 года общая задолженность составляла 659 млн. рублей, а это - приняв за среднюю зарплату 6 тыс. рублей - означает, что зарплата не выплачена за 110 тысяч человек/месяцев. Нетрудно сообразить, во что превращается жизнь в этих семьях.

В результате на 1,5 млн. родившихся в прошлом году детей приходится 1,6 млн. абортов, и это не считая случаев прерывания беременности в платных клиниках и другими "народными" способами. При этом 20% зарегистрированных абортов приходится на несовершеннолетних.

Согласно данным медиков, результатом этого противоестественного нежелания рожать становятся болезни (10-15%) и бесплодие (7-8%). Т.е. ежегодно способности рожать лишаются около 130 тысяч женщин, пятая часть которых является молодыми, еще ни разу не рожавшими девушками. И так год за годом.

А тем временем в Научном центре акушерства, гинекологии и перинатологии РАМН разрабатываются и внедряются уникальные технологии, позволяющие преодолевать бесплодие разной этиологии. В результате, каждый год 4-4,5 тысяч женщин удается, наконец, родить желанных детей. Это капля среди 1,5 млн. рождающихся за год и против 1,6 млн. убитых во время абортов.

Т.е. в демографии, как и во многом другом, имеем две реальности. В одной - идет борьба за жизнь 0,25% ежегодно рождающихся детей. Это достигается путем сложных манипуляций, которые приходится повторять в среднем от 3 раз (каждая попытка стоит от 2 до 3,5 тысяч долларов). А в другой - чудовищная статистика детской смертности, абортов, суицидов, подростковой проституции, беспризорничества и проч.

При этом политики говорят о том, что вымирание населения представляет угрозу национальной безопасности, а медики сокрушаются по поводу огромного числа патологий среди рожениц и новорожденных. В общем, ситуация выглядит как тупиковая: совершенно непонятно, как решать эту проблему, формируемую под влиянием таких, на первый взгляд, несвязанных между собой факторов, как экология, социально-экономическая ситуация, пресловутое падение нравственности и утрата того, что можно назвать "волей к жизни".

И тут остается только удивляться тому, что инстинкт все же берет свое: несмотря на все негативные тенденции, суммарный показатель рождаемости в России составляет 1,3 родившихся на одну женщину, а внебрачная рождаемость достигает 30%. Т.е. в принципе ситуацию еще можно переломить, но это потребует серьезных и длительных усилий со стороны государства: от таких элементарных вещей, как контроль над своевременной выплатой зарплат и разумная политика в сфере здравоохранения, образования и молодежной политики до реализации специальных программ по строительству жилья и поддержке молодых семей.

ВСЕМ РОЖАТЬ. ПОКА ЗА ДЕНЬГИ

Материал сайта: http://www.rosbalt.ru/2005/09/29/228412.html

Ежегодно россияне платят за бесплатную медицину около 90 миллиардов рублей. Об этом практически официально сказал сегодня на заседании правительства РФ заместитель министра здравоохранения и социального развития Владимир Стародубов. Особое внимание, после «прямой линии» с Владимиром Путиным было уделено, естественно, «услугам по ведению беременности и приему родов». По информации замминистра, стоимость родов в России колеблется в зависимости от медицинского учреждения, от 500 до 2 тысяч долларов. При этом «40% родов производится с участием денег населения».

Владимир Стародубов пообещал, что Правительство, в соответствии с обещанием Президента, решит эту проблему. «Мы поищем пути, чтобы деньги пришли в родовспомогающие учреждения за женщиной», — сказал он.

Это лишь одна сторона большой проблемы — демографического кризиса в России. По последним данным, численность населения России с 1990 года сократилась на 11 миллионов человек и продолжает падать. Сейчас в стране всего 30 миллионов человек младше 18 лет. Для того, чтобы обеспечить хотя бы простое воспроизводство, надо, чтобы в стране ежегодно рождалось около 2,5 миллионов детей (сейчас — около 1,2 млн).

Исправить эту ситуацию Правительство намерено увеличением пособий по беременности и родам и по уходу за ребенком. Уже решено, что с Нового года за рождение ребенка будут платить единовременно 8 тысяч, а потом 700 рублей ежемесячно (сейчас — 6 тыс. и 500 рублей). Всего на эти цели из бюджета будет дополнительно выделено 7 млрд. рублей.

Кроме того, планируется обратить особое внимание на охрану здоровья детей и молодых женщин. По словам Стародубова, «более 90% женщин в России нездоровы, 70% родов проходят с осложнениями, а большинство новорожденных сразу же нуждаются в лечении и даже реанимации. Чтобы в будущем было меньше проблем с воспроизводством, отметил замминистра, за здоровьем детей надо следить тщательнее. И он надеется, что после повышения зарплаты участковых врачей их дефицит, наконец, будет снят. Одной из главных задач Стародубов считает и снижение младенческой смертности — до 10-6 случаев на тысячу новорожденных, а также увеличение числа здоровых детей, рожденных от ВИЧ-инфицированных.

Правительственную концепцию резко раскритиковал детский врач Леонид Рошаль. Он уверен, что это лишь «громкие слова, но нет обоснований, подкрепленных материальными ресурсами. В частности, отметил он, концепция не содержит показателей, на сколько к концу периода ее реализации будет снижена заболеваемость, смертность, инвалидность, сколько стоит достижение таких показателей, будут ли на это выделены средства. Доктор также резко не согласен с решением повысить заработную плату врачам и медсестрам только первичного звена. По его данным, нехватка узких специалистов, которым зарплату повышать никто не собирается, еще острее.

Глава Минздравсоцразвития Михаил Зурабов считает предложенную его ведомством концепцию очень хорошей. «Если 15 тысяч заработной платы не хватает, то мы сделаем ее 30 тысяч или — 50, чтобы туда, если надо, пришел профессор», — сказал министр. Он уверен, что решать вопрос с кадрами на местах надо в первую очередь, потому что половина врачей — люди пенсионного и предпенсионного возраста. И если не обеспечить им смену, страна в ближайшие 5 лет останется вообще без врачей.

НОВАЯ КОНЦЕПЦИЯ ОХРАНЫ ДЕТЕЙ: МИНИСТРЫ — ЗА, ВРАЧИ — ПРОТИВ

Материал сайта: МедНовости.ру: http://mednovosti.ru/news/2005/09/29/children/

Правительство РФ рассмотрело концепцию охраны здоровья детей в России до 2010 года и план мероприятий по ее реализации.

В рамках представленной концепции планируется выделить 30 миллиардов рублей на оснащение муниципальных поликлиник рентгеновским, лабораторным и другим современным оборудованием, — об этом сообщил заместитель министра здравоохранения и социального развития РФ Владимир Стародубов. "В первую очередь, — уточнил замминистра, — речь идет о женских консультациях и детских поликлиниках".

В своем выступлении министр здравоохранения Михаил Зурабов заявил, что сейчас выпускники медицинских вузов предпочитают другую специализацию, нежели участковый врач, причем, с высокой заработной платой. Причиной этому служит, по его мнению, то, что они не хотят "несколько раз в день снимать и одевать пальто". "А кто будет этим заниматься? Говорят - добавьте всем (зарплату), а так ситуацию не изменить", - сказал министр.

Концепцию Михаила Зурабова резкой критике подверг известный детский врач Леонид Рошаль. Он отметил, что на фоне предложения повысить заработную плату врачам и медсестрам первичного звена сохраняется острая ситуация с врачами - узкими специалистами, которым повышать зарплату государство пока не собирается.

"В концепции есть громкие слова, но нет обоснований, подкрепленных материальными ресурсами",- заявил Рошаль. В частности, по его словам, концепция не содержит показателей, на сколько к концу периода ее реализации будет снижена заболеваемость, на сколько будет снижена смертность, на сколько будет снижена инвалидность. Не решены проблемы распределения и объемов денежных средств.

При этом главный педиатр страны отметил, что у нас самая дешевая в мире система оказания медицинской помощи детям — 120 долларов в месяц, тогда как за рубежом эта цифра составляет около 2 тысяч долларов, и предложил ввести сквозное финансирование здравоохранения посредством обязательного медицинского страхования.

ПРАВИТЕЛЬСТВО УТВЕРДИЛО ПРОГРАММУ БЕСПЛАТНОЙ МЕДИЦИНСКОЙ ПОМОЩИ

Подробнее читайте на сайте: МедНовости.ру: http://mednovosti.ru/news/2005/08/04/signed/

Правительство РФ утвердило программу государственных гарантий оказания российским гражданам бесплатной медицинской помощи на 2006 год. Соответствующее постановление подписал премьер-министр Михаил Фрадков.

Минздравсоцразвития России поручено до 1 июля 2006 года внести проект аналогичной программы на 2007 год.

В соответствии с утвержденной программой, граждане могут бесплатно получать скорую медицинскую помощь; амбулаторно-поликлиническую помощь, включая мероприятия по профилактике; стационарную помощь при острых заболеваниях и обострениях хронических болезней, отравлениях и травмах; при плановой госпитализации с целью проведения диагностики, лечения и реабилитации; при родах и абортах; в период новорожденности.

В соответствии с программой, медицинская помощь определяется исходя из ряда нормативов. Показатель объема амбулаторно-поликлинической помощи выражается в количестве посещений в расчете на одного человека в год. Норматив посещений составляет 9,198 посещения. Норматив объема стационарной помощи составляет 2,812 койко-дня на одного человека в год, а норматив вызовов скорой помощи - 0,318 вызова на человека в год. Норматив затрат на одно посещение поликлиники составляет в среднем 100,5 руб., затрат на один койко-день в стационаре - 588,4 руб., норматив затрат на один вызов скорой помощи - 913,3 руб.

ЛЕКАРСТВА, КОТОРЫЕ НАС УБИВАЮТ

Алексей Андреев
Материал сайта: МедНовости.ру: http://mednovosti.ru/news/2005/09/29/children/

По данным ВОЗ, смертность от лекарств занимает пятое место, уступая только травмам, заболеваниям системы кровообращения, онкологическим и пульмонологическим болезням. Иными словами, ежегодно во всем мире сотни людей умирают только оттого, что пытались сделать совершенно противоположное - продлить свою жизнь с помощью лекарств.

Проще всего было бы свалить всю вину за эти трагедии на разработчиков медицинских препаратов. Дескать, это они не проводят достаточного количества тестов, прежде чем выпускать лекарство на рынок. А зачастую из соображений корысти просто скрывают побочные эффекты, ведут агрессивную рекламу с помощью популярных личностей, и даже подкупают медиков, чтобы те выписывали именно их препараты.

Между тем у лекарственной болезни есть много других "помощников", способных сделать убийственным даже самый безобидный препарат. Это именно те люди, которые в силу своей профессии могли бы гораздо лучше информировать население о последствиях бесконтрольного использования лекарств.

Врачи

Во многих случаях лекарственная болезнь оказывается порождена самими врачами, которые слишком увлекаются медикаментозным лечением вообще.

Термин "лекарственная болезнь" появился давно, - говорит кандидат медицинских наук Валерий Сергеев в интервью газете "Труд". - В 1901 году его "изобрел" наш врач Ефим Аркин.

Он заметил, что при втирании серно-ртутной мази у больного появляется сыпь и другие явные признаки поражения всего организма. Но сегодня масштабы распространения этого недуга, в сущности, рожденного медиками, огромны. Главная причина - появление громадного количества лекарств, которые не всегда применяются правильно. Кроме того, сам организм современного человека, часто ослабленный стрессами, неправильным питанием, многими экологическими "вредностями", более остро реагирует на воздействие сильных препаратов. Например, сейчас врачи много говорят о полинутриентной недостаточности - это понятие обозначает нехватку в организме многих жизненно важных веществ: витаминов, минералов, пищевых волокон... В беде обвиняют экологию, образ жизни, нерациональное питание. Но почти никто не говорит об одной из важнейших причин - о чрезмерном использовании лекарств.

По мнению Сергеева, типичная ситуация возникновения лекарственной болезни выглядит так. Человек приходит к врачу с целым "букетом" весьма распространенных жалоб на плохое самочувствие: слабость, утомляемость, вялость, сонливость, снижение аппетита... Нарушается работа желудка, сердце "ноет", давление "скачет". И в ответ на многочисленные жалобы прописываются лекарства от бессонницы, от расстройства желудка, от повышенного давления...

Очень часто достаточно бывает выпить успокоительный чай, чуть скорректировать питание и режим дня, порекомендовать те или иные витамины, прогулки, - полагает Сергеев. - Но из-за дефицита времени, а иногда от недостаточной грамотности врач даже не спрашивает, где и как работает пациент, что он ест, как отдыхает. В лучшем случае доктор измеряет давление, считает пульс, щупает живот - и сразу назначает препараты. Эта ситуация всем удобна: врач вроде бы оказал помощь, больной удовлетворен. К сожалению, накапливается все больше данных, которые свидетельствуют: такое лечение может повлиять на симптомы болезни, но никак не на ее причину. И через какое-то время пациент вновь придет в поликлинику, и жалобы его будут более серьезными. На каждую жалобу снова найдется свое лекарство - иногда больному выписывают 5 - 6 препаратов. Побочные эффекты, которые есть у большинства синтетических лекарств, будут множиться и накладываться один на другой. Процесс становится похожим на неуправляемую реакцию.

Аптекари

С появлением большого количества препаратов безрецептурного отпуска основным "посредником" между потребителем лекарств и производителем лекарств становится аптекарь. Именно он может обратить внимание покупателей на побочные эффекты препаратов, указать на последствия самолечения и развеять мифы, созданные рекламой.

Этой теме было посвящено очередное заседание московского научного общества фармацевтов. Особое внимание на заседании было уделено нестероидным противовоспалительным средствам, которые являются лидерами по продажам среди безрецептурных препаратов. Доцент кафедры общей клинической фармакологии Российского университета Дружбы Народов Татьяна Илларионова заявила по этому поводу следующее:

Именно на нестероидные противовоспалительные средства наиболее часто развиваются побочные реакции. Они хорошо известны, прежде всего это язвообразующее действие. В этой связи данная группа препаратов противопоказана страдающим гастритами, язвенной болезнью желудка и двенадцатиперстной кишки в остром периоде. Причем замена на другую лекарственную форму (в виде свечей, растворимых шипучих таблеток и пр.) нецелесообразна, о чем свидетельствуют данные многочисленных международных исследований.

Как подчеркнула Илларионова, действие препарата и переносимость его больным сугубо индивидуальны. Если принимать лекарство неправильно, последствия могут быть самыми плачевными. Причем побочное действие препарата может проявиться не сразу, а через несколько лет, а то и десятилетий.

Ярким примером так называемого "эффекта тысячной таблетки" является анальгин, столь популярный среди старшего поколения. Этот препарат обладает способностью накапливаться в организме, что впоследствии может привести к серьезным побочным эффектам, таким как нефротоксичность и агранулоцитоз. Это же свойство есть и у парацетамола, который сегодня получил широкое распространение, в том числе и в педиатрической практике. Кроме того, парацетамол при приеме в больших дозах способен вызвать тяжелое поражение печени.

Побочные эффекты препаратов являются дозозависимыми, впрочем, как и токсичность, — отметила Илларионова. — Например, аналгезирующий, противовоспалительный и жаропонижающий эффект ацетилсалициловой кислоты реализуется в дозе до 2 г в сутки. Если превысить дозу до 4 г, побочные эффекты препарата усиливаются. Такая взаимосвязь между дозой и частотой возникновения побочных реакций существует у каждого препарата.

Как отмечает "Медицинская газета", публикующая репортаж о заседании московского научного общества фармацевтов, многих подобных случаев можно было бы избежать, если бы граждане могли получить исчерпывающую информацию о побочных эффектах лекарств в аптеках. На протяжении достаточно длительного периода фармацевтическая отрасль была "открыта" лишь узкому кругу специалистов. С приходом рыночных отношений ситуация изменилась, и сегодня на фармрынок все чаще приходят люди, которым незнакомы, а порой просто чужды те профессиональные и нравственные принципы, которые составляют "лицо" профессии провизора.

Центры по контролю побочных эффектов

Практически во всех развитых и во многих развивающихся странах функционируют национальные центры по безопасности лекарств. Важнейшими задачами таких центров является раннее выявление нежелательных побочных реакций лекарств и принятие соответствующих административных мер, вплоть до запрещения их применения в медицинской практике. В России такой центр был создан в 1997 г. После череды реорганизаций, преобразований и переименований его деятельность была практически свернута.

Правда, остались еще региональные отделения, ведущие активный поиск и выявление побочных эффектов. Вот несколько свежих примеров, которые были приведены в выступлении Татьяны Илларионовой. В областную больницу Благовещенска поступила больная с жалобами на нарушение координации движения, мелкоточечными высыпаниями на коже, язвой на наружной поверхности плеча. Из анамнеза было выявлено, что больная самостоятельно в течение двух недель принимала парацетамол для лечения... острого бронхита. Еще один случай - из Оренбургского областного центра по контролю побочного действия лекарств. В стационар поступил юноша 19 лет, которому впоследствии был поставлен диагноз "синдром Лайелла". Как выяснилось, в течение трех дней этот больной принимал антигриппин, в состав которого также входит парацетамол. И о совсем вопиющем случае сообщили из Омского областного центра побочного действия лекарств — в БСМП была зафиксирована смерть 76-летней пациентки, самостоятельно лечившейся по поводу болей в спине препаратом "фастум-гель". Никакой другой терапии в данном случае не проводилось, что позволяет сделать вывод о том, что смерть с большей долей вероятности была связана с применением этого препарата.

Журналисты

Большую "медвежью услугу" в распространении лекарственной болезни оказывают населению и журналисты, освещающие медицинские достижения. При этом, даже если речь не идет о скрытой рекламе, сама профессиональная ориентация журналистов на "быстрые и эффектные" новости порождает большое количество заблуждений.

Так, журнал New England Journal of Medicine недавно провел исследование, в котором было проанализировано 207 сообщений в американских СМИ о новых препаратах и методиках. Оказалось, что более половины этих новостей не содержали ни слова о побочных эффектах. Другое американское исследование выявило, что из 252 репортажей о новых достижениях медицины более четверти материалов касались исследований, результаты которых не публиковались в научных журналах даже спустя несколько лет после репортажа (т.е. исследования были не завершены либо не выдержали научной критики).

Эти данные были приведены в докладе исполнительного директора Ассоциации медицинских журналистов США Мелинды Восс на семинаре "Медицинская журналистика в России и за рубежом", проходившем 10 июня в конференц-зале "Медицинской газеты". Мелинда Восс рассказала и о том, каким образом эти проблемы решаются в ее Ассоциации, членами которой являются более 750 медицинских журналистов. Работа Ассоциации включает создание справочных медицинских материалов для журналистов, а также пропаганду "Этического кодекса медицинской журналистики". Кодекс включает такие требования, как обязательное сообщение побочных эффектов лекарств, отслеживание связей между источниками новостей и производителями медицинских препаратов, и т.д.

К сожалению, современная российская медицинская журналистика не может похвастаться такими достижениями. Идея создания Гильдии медицинских журналистов в России не сработала. Да и сама подготовка таких журналистов в вузах России находится в зародышевом состоянии. Выступившая на семинаре доцент факультета журналистики МГУ Татьяна Фролова сообщила, что на факультете еще 10 лет назад появились студии журналистики по социальной специализации. Но в основном это до сих пор находится на стадии экспериментов, особенно что касается мастер-классов по медицинской журналистике. Разработана также специальная программа журналистской подготовки для людей, уже имеющих медицинское образование. Но она еще не запущена в полной мере, да и к тому же является платной (3.000 долларов в год).

В связи с этим неудивительно, что в России сейчас активно развивается очень сомнительный вариант рекламно-медицинской журналистики, о котором рассказала на семинаре Елена Вольская, руководитель группы мониторинга Региональной общественной организации Центр содействия общественной экспертизе медицинской информации и рекламе. По наблюдениям Центра, за последние пять лет в печатных СМИ уменьшился процент рекламы в виде отдельных модулей-врезок. Зато стала гораздо активнее применятся такая форма рекламы, как рекламный модуль, замаскированный под медицинскую статью. При этом в роли авторов такой рекламы зачастую выступают сами врачи, которые спекулируют своим авторитетом, но не руководствуются ни журналистской, ни медицинской этикой (в частности, рекламируют рецептурные препараты, хотя в России это запрещено). Елена Вольская призвала изгонять таких врачей из СМИ.

НАУЧНО ОБОСНОВАННЫЙ РАСИЗМ ИЛИ ТАБЛЕТКА ДЛЯ ЧЕРНЫХ

Дмитрий Ларченко
Материал сайта: Medmedia.ru

Сколько бы ни боролись общественные деятели за права национальных меньшинств, все люди одинаковыми никогда не будут. Хотя бы с точки зрения медицины: у представителей одной расы легче вылечить рак, у других - тяжелее протекает диабет. Да и некоторые лекарства действуют лишь на "черных" или "белых".

Национальные особенности болезней как правило обусловлены генами, которые встречаются чаще у представителей одной расы и реже - у остальных людей. Немало таких генетических различий было выявлено в ходе программы "Геном человека". Кроме того, есть социально-экономические причины. К примеру, качество медицинской помощи для афроамериканцев до сих пор ниже, чем для белых, поэтому рак у чернокожих выявляется на более поздей и опасной стадии.

Алкогольно-наркотический расизм

Исследователи, изучающие эту проблему, всегда пытаются абстрагироваться от таких факторов, как воспитание и религиозные убеждения. Дело в том, что в некоторых конфессиях полностью запрещено, к примеру, потреблять алкоголь, а религия - это почти синоним понятия национальности.

Хотя такие исследования ведутся уже много лет, полностью убрать влияние социальных факторов и чисто по-медицински ответить на вопрос "кто больше пьет" ученым не удается. Мы приведем данные некоторых исследований, в основном проведенных в США, чтобы дать читателю хоть какое-то представление об этой проблеме.

Большинство жителей Земли - как черных, так и белых, краснокожих и других - пробуют алкоголь и наркотики в подростковом возрасте. Как сообщается в обзорной статье по этой проблеме (Journal Of Black Psychology, 2000), написанной Титффани Таунсенд (Tiffany Townsend) из Университета Пенсильвании (Pennsylvania State University), девять из десяти выпускников американских школ пробовали наркотики и более 60 процентов из них хотя бы раз из них напивались до беспамятсва не позднее старших классов. При этом черные американцы как правило растут и созревают быстрее, а поэтому начинают экспериментировать с алкоголем и наркотиков намного раньше белых, по нашим представлениях - в раннем детстве. Последствия наркомании и алкоголизма - как медицинские, так и социальные - у чернокожих также более значимы, чем у белых.

Однако, хотя афроамериканцы и начинают пить раньше своих белых сверстников, они в среднем меньше потребляют алкоголь. Как показали исследования Деборы Дис (Deborah Deas), среди студентов белые не только чаще пьют, но и употребляют легкие наркотики.

Кстати, подобная работа проводилась также у нас в стране специалистами Саратовского государственного университета. Выяснилось, что мигранты из других государств СНГ - например, таджики - употребляют наркотики не чаще коренных россиян, хотя многие их считают наркоманами или наркоторговцами.

Есть и более изощренные исследования. К примеру, Джеймс Марсен (James P. Marcin) и его коллеги (Academic Emergency Medicine Volume 10, Number 11 1253-1259) выяснили, что латиноамериканцы и афроамериканцы чаще, чем белые, сдают анализы на алкоголь в крови, когда их доставляют в больницу с острыми травмами. Исследователи считают, что направление на анализ по национальному признаку - это проявление расовой дискриминации. Хотя, с другой стороны, оно оправдано - травмы у представителей национальных меньшинств довольно часто происходят на фоне алкогольного опьянения.

Что касается курения, то эта вредная привычка встречается у белых реже, чем у остальных. Но здесь, как полагают многие исследователи, главную роль играет различие социально-экономического статуса, а не генетические причины. Кстати, более высокий процент курящих среди черных, объясняет распространенность у представителей этой расы рака пищевода.

Нозологический расизм

Пить или не пить, курить или колоться - каждый все же выбирает для себя сам. А вот с болезнями не все так просто - они выбирают нас. И, получается, что одни болезни чаще встречаются у европейцев, другие у азиатов, а третьи, скажем, у индейцев. Расово-генетическую составляющую исследователи искали во многих заболеваниях, и выяснили, что чуть ли не самым большим расистом среди болезней является рак.

В частности, риск смерти от рака у афроамериканцев на треть больше, чем у белых. Объяснить такое различие взялись Викки Шейверс (Vickie L. Shavers) и Мартин Браун (Martin L. Brown) из Национальных институтов здравоохранения США (National Institutes of Health). Вначале они предполагали, что основной причиной является низкое качество медицинской помощи, которое получают афроамериканцы - редкие походы к врачу обусловливают поздние диагностику и лечение. Но оказалось, что рак опасен для афроамериканцев не только поэтому.

В частности, злокачественные опухоли груди у афроамериканок хуже поддаются лечению, потому что несут на себе меньшее количество рецепторов эстрогена. Кроме того, было показано, что у чернокожих рак чаще мутирует в более опасные формы. Но дело не только в агрессивности опухоли - зачастую организм афроамериканцев не способен противостоять раковым клеткам, которые для белого человека почти не представляют опасности.

Еще одна деталь, на которую обращают внимание Шейверс и Браун - и онкологи, и сами чернокожие пациенты зачастую скептически относятся к прогнозу заболевания. К сожалению, такое отношение вполне подтверждает статистика.

Чаще, чем белые, представители негроидной расы страдают от синдрома внезапной смерти. Также "расистом" оказался вирус гепатита С. Причем речь идет не о социальных предпосылках, а о генетических факторах, объясняющих большую вероятность заболевания.

Еще одно большое исследование, посвященное "нозологическому расизму", провели вашингтонские эпидемиологи Бесси Янг (Bessie Young), Чарльз Мэйнард (Charles Maynard) и Эдвард Бойко (Edward Boyko). В их статье, опубликованной в журнале Pathophysiology/Complications, говорится о различиях в течении диабета у белых американцев, индейцев, латино- и афроамериканцев. Диабет возникает у афроамериканцев или индейцев раньше, чем у белых и зачастую приводит к поражению почек. С другой стороны, для европейцев более характерно диабетическое поражение поражение сосудов.

Ожирение среди чернокожих америкацев и, особенно, американок - также является медико-социальной проблемой. как выяснили Сью Кимм (Sue Kimm) и ее коллеги из университета Питтсбурга (Pediatrics, Vol. 107, March 2001), чернокожие девочки в возрасте до 10 лет стройнее своих белых ровесниц. Однако с началом полового созревания картина меняется: в 12 лет и более позднем возрасте доля страдающих ожирением гораздо больше среди афроамериканок. Кроме генетических предпосылок, в ответе за это улучшение финансового положения чернокожих США - они попросту стали наедаться досыта - и их приверженность "Американскому образу жизни".

На самом деле, найти "националистическую" составляющую можно практически в любом заболевании - было бы желание. Понятно, что одни болезни чаще преследуют русских или китайцев, другие - жителей Чукотки. Но действительно важны для медиков лишь те различия, которые требуют различного подхода в лечении. Например, если в больницу поступил чернокожий с инфарктом миокарда, его надо лечить так-то. Если житель Скандинавии - совсем иначе.

Медицинский расизм

Первую "таблетку для чернокожих" представила в этом году компания NitroMed. Препарат BiDil стимулирует выработку оксида азота (NO) - соединения, расширяющего сосуды. Естественный уровень NO у афроамериканцев несколько ниже, чем у представителей других рас, и поэтому люди с черной кожей лучше реагируют на это лекарство.

Несмотря на то, что вскоре BiDil будет проходить процедуру лицензирования, у многих медиков есть сомнения в целесообразности появления на рынке такого лекарства. Они считают, что определить расу пациента, если речь идет о США, довольно сложно. У многих жителей этой страны африканские гены смешаны с европейскими, и выяснить, как именно будет действовать лекарство, невозможно. По их мнению, гораздо целесообразнее делать больным генетический анализ, позволяющий более точно предсказать исход такого лечения.

Похожая ситуация складывается и с другими заболеваниями. В случае лекарств - одни лучше действуют на черных, другие - на белых. Мало того, что врачи далеко не всегда знают об этих особенностях, - благодаря "интернациональным бракам" они далеко не всегда могут понять, кто перед ними стоит - негр или китаец.

"Медицинский расизм" характерен не только для американцев, от вполне встречается и в средней полосе России. В отношении русского человека медики почти всегда способны сказать, когда кожа покрасневшая, а когда бледная, выявить признаки желтухи. А вот если на прием попадет негр, монгол или индеец - все уже не так просто. "Масла в огонь" подольют и результаты анализов - абсолютно нормальное содержание тех или иных веществ в крови представителей национальных меньшинств может сильно отличаться от тех цифр, что известны среднему врачу.

Заключительный расизм

Если однозначно отвечать на вопрос, отличаются ли друг от друга представители различных народов с точки зрения медицины, придется сказать "Да". А вот ответить, в чем это различие, будет уже сложно. Да и не нужно. Просто каждому врачу нужно иметь индивидуальный подход к пациенту. И дело тут не только в расе - важны пол, возраст, генетические особенности, рост, вес, температура тела и много что еще.

ЛЕКАРСТВА, КОТОРЫЕ НАС НЕ ЛЕЧАТ

Материал опубликован на сайте:
МедНовости.ру: http://mednovosti.ru/main/2005/07/14/drugs/

Громкие скандалы стали, похоже, неотъемлемой частью международного фармацевтического рынка. О последнем из них Mednovosti.Ru сообщили всего лишь две недели назад: как выявили специалисты американского фонда Health-Partners, до 30 процентов ученых сознательно искажают результаты исследований терапевтических свойств лекарств. Естественно, в лучшую сторону. И теперь правительство США запретило государственным НИИ не только брать заказы от частных фармацевтических компаний, но даже консультировать их.

Еще больше шума наделали астрономические штрафы, наложенные только в минувшем году на производителей лекарств за нарушения при продвижении своих препаратов. Так, за подкуп врачей на 400 миллионов долларов была оштрафована известная компания Pfizer. Гораздо сильнее за то же самое пострадали AstraZeneca и Tap Pharmaceuticals - они вынуждены уплатить совместно более 1,2 миллиардов долларов!

И расследование фонда, и штрафы являются, по сути, двумя сторонами одной медали. А она отражает то, что никогда не было большим секретом. Производство лекарств - это всего лишь бизнес. Причем весьма доходный. Несмотря на декларируемые принципы: дескать, радеем о здоровье нации или населения всего мира, на самом деле здесь думают о другом.

Гарри Шварц, ведущий идеолог фармпромышленности США, 15 лет назад сказал предельно ясно: "Цель фармацевтического бизнеса в США - как и любого другого бизнеса в США - состоит в том, чтобы делать деньги. Извлечение максимальной прибыли - именно та цель, которой промышленники-руководители обычно и посвящают свою энергию день ото дня". Но он не сообщил, к сожалению, так же честно о другом: ради будущих барышей промышленники пойдут на все.

Чтобы лучше разобраться в проблеме, вспомним ее предысторию. По словам профессора-фармаколога Розы Ягудиной из Московской медицинской академии им. Сеченова, в XVII - XVIII веках во всем мире создавалось примерно 5 новых лекарств за столетие. В последнее десятилетие XIX века разрабатывалось уже в среднем по 1,6 лекарства в год, а к середине XX века - 2,7 в год. Ну а затем, в связи с успехами химии и биологии, произошел резкий скачок.

С 1958 по 1970 годы появилось 476 новых лекарственных средств, что составило в среднем 36 в год. Примерно так же: по 40-50 наименований новых лекарств - т.е. оригинальных, запатентованных препаратов-брендов, ежегодно дает фармотрасль и в последнее десятилетие. В итоге сегодня на мировом фармацевтическом рынке представлено более 200 тысяч наименований лекарственных средств. В каждой стране по-разному: от 500 в Танзании до 38 тысяч в Германии. Россия с ее 17 тысячами занимает некую промежуточную позицию.

Цифры, как видим, очень любопытные. Но еще более интересно другое: абсолютное большинство из так называемых новых лекарственных средств на самом деле… таковыми не являются. Свидетельством тому - данные исследования американского FDA (Управление контроля качества пищевых продуктов и лекарств).

На момент выведения на рынок 348 новых лекарств, созданных в 25 крупнейших фармацевтических компаниях США в 1981-1988 гг., FDA заявило о них следующее:

• 3 процента (12 лекарств) внесли важный потенциальный вклад в современную фармакотерапию;

• 13 процентов внесли скромный вклад;

• оставшиеся 84 процента лекарств внесли небольшой или не внесли никакого вклада.

Солидарны с FDA и коллеги из Франции. Их исследование 508 новых химических образований, применяемых в лекарствах, сбыт которых в мире происходил между 1975 и 1984 гг., обнаружило почти то же самое. По расчетам ученых, 70 процентов из так называемых новинок аптечного рынка не имело терапевтических преимуществ по сравнению с существующими продуктами.

В чем причина? По мнению аналитиков, современная фармацевтика практически исчерпала свои возможности. Генно-инженерные технологии, по которым к сегодняшнему дню создано около 120 препаратов, пока только набирает темпы. Вот почему и потчуют пациентов по всему миру "осетриной" далеко не первой свежести, выдавая изрядно подтухший продукт за новое слово в медицине. Вот почему переходят при этом за все границы дозволенного, не обращая внимания на последствия.

Не так давно американский исследователь Эндрю Четли в книге "Проблемные лекарства" привел документально подтвержденные свидетельства того, что:

• четыре из каждых пяти противодиарейных продуктов на рынке не имеют никакой ценности при лечении острой диареи;

• почти 50 процентов всех противодиарейных продуктов на рынке содержат ненужное противомикробное лекарство;

• более 80 процентов всех препаратов от кашля и насморка содержат неэффективные ингредиенты, тогда как более 50 процентов содержат ингредиенты, способные вызвать вредные побочные эффекты;

• 1 из каждых 3 анальгетиков является комбинированным продуктом, что может вызвать почечную недостаточность, а 1 из каждых 5 содержит потенциально вредные ингредиенты.

Отдельно выделены витамины. Так, независимые исследования показали, что более 80 процентов всех витаминных препаратов нельзя рекомендовать к использованию; почти 60 процентов из них имеют показания, не подтвержденные доказательствами; более 40 процентов содержат несущественные или неэффективные ингредиенты; более 50 процентов имеют нерациональную формулу; почти 50 процентов витаминов предлагают в чрезмерной дозировке.

Своеобразный итог открытиям доктора Четли подвел на Х Российском конгрессе "Человек и лекарство" директор Фармакопеи США доктор Вильямс. Он заявил, что от врачебных ошибок, в том числе от нежелаемого действия лекарственных средств, в Штатах ежегодно умирает свыше 100 тысяч человек. Осложнения лекарственной терапии поделили там 4-6 места среди причин смертности после сердечно-сосудистых, онкологических, бронхолегочных заболеваний и травм.

У нас такой статистики нет. Как нет и запретов на продвижение лекарств каким угодно способом. На недавней сессии общего собрания Российской академии наук рассказали, например, о последнем таком случае. Некие дельцы "изобрели" "чудо-лекарство" под названием "стволамин", приписав в соавторы разработки один из ведущих институтов РАН. Ошарашенные академики прознали о своем "сотрудничестве" только после рекламных публикаций. Но ни судов, ни штрафов не последовало.

Ответ на извечный русский вопрос: "Что делать?" дал еще несколько десятилетий назад известнейший наш врач, академик Борис Вотчал. Тот самый, который автор доныне популярных у сердечников капель. Предупреждая от чрезмерного увлечения таблетками и микстурами, он говорил: "Мы живем в век безопасной хирургии и все более опасной лекарственной терапии".

Остается только эти слова Бориса Евгеньевича вывесить на видном месте в каждой аптеке, чтобы простой наш обыватель перестал видеть в лекарстве только друга. А также отвык верить тем, кто на все лады расхваливает то или иное средство. Любой препарат уже изначально, по природе своей, является биологически активным веществом, "энергия" которого даже при грамотном применении может дать эффект, прямо противоположный ожидаемому. Почему - ответ дан выше.

ПРОБЛЕМНЫЕ ЛЕКАРСТВА. ЖЕНЩИНЫ И ЛЕКАРСТВА: НАРУШАЯ ХРУПКИЙ БАЛАНС

Эндрю Четли.
Подробнее смотрите на сайте: ANTIBIOTIC.ru

Женщины занимают двойственное положение в использовании и предоставлении медицинской помощи. Женщины пользуются большим объемом услуг здравоохранения и принимают больше медикаментов, чем мужчины. В индивидуальном плане у женщин есть отчетливые и значительные медицинские потребности, частично связанные с репродуктивной функцией. В качестве «посредников» они являются неофициальными поставщиками медицинской помощи в семье, а также составляют большинство профессиональных медицинских работников среди населения.

Невзирая на то, что женщины являются как основными клиентами, так и основными поставщиками медицинской помощи, их статус редко позволяет им устанавливать приоритеты. В большинстве систем медицинской помощи решающая роль в определении политики и принятии решений принадлежит мужчинам, которые последовательно не допускают женщин к постам, дающим власть. Политики и руководители разрабатывают системы медицинской помощи прежде всего для удобства врачей (которые представлены преимущественно мужчинами), больниц и медицинской промышленности.

Модель жизненного цикла мужчины слишком часто принимается за норму. Неудивительно, что когда эту модель применяют к женщинам, большое количество естественных и нормальных процессов получают диагноз «аномальных», и в результате женщин «бомбардируют» лекарствами. Фармацевтическая промышленность преследует свои интересы, помогая сохранять такое представление, и использует свои стратегии маркетинга для продвижения лекарств как средства преодоления этих «проблем» со здоровьем.

Воздействия лекарств на женщин

Также предметом беспокойства является некачественная информация о влиянии фармакотерапии на женщин. Предрассудки связанные с полом (родом) или гендерные предрассудки присутствуют при формировании исследовательской политики, и некоторые результаты получают необъективное отражение. Например, в исследовании более 17800 людей в Великобритании для установления возможных побочных эффектов лекарств, принимаемых при высоком кровяном давлении, только мужчинам задавался вопрос о возможном влиянии этих лекарств на их половое влечение.

Метаболизм лекарств у женщин происходит иначе, чем у мужчин. Частично это объясняется различиями в массе тела у мужчин и женщин, и частично - гормональными различиями. Еще одной причиной может быть недостаточное или несбалансированное питание. В развивающихся странах недостаточное питание гораздо больше распространено среди женщин, чем среди мужчин; это гендерное различие формируется уже с детских лет.

В сообщении Главного финансового управления США от 1992 г. содержался призыв включать больше женщин в клинические испытания лекарств и более глубоко подходить к анализу потенциальных гендерных различий в области безопасности и эффективности лекарств. В последние годы только 12% лекарств, получивших разрешение на сбыт в США, имели результаты специальных исследований в области гормональных взаимодействий или взаимодействий с оральными контрацептивными средствами. Данные по безопасности лекарств анализировались на гендерные отличия только для 54%, а эффективность по гендерному признаку - только для 43% лекарств.

Безопасность лекарств

За последние 3 десятилетия безопасность лекарств оставалась главным фактором беспокойства для женщин. Трагедия с талидомидом в 60-е годы со всей очевидностью показала высокий риск использования лекарств во время беременности. Ее результатом стало создание или укрепление влияния большинства основных регламентирующих организаций в индустриальных странах. Сейчас проводятся широкие испытания, чтобы выявить лекарства, способные с наибольшей вероятностью вызывать пороки развития у плода. И тем не менее, как отметила Американская медицинская ассоциация, в отношении многих - особенно новых - лекарств, не существует совсем или существует мало информации об их использовании в период беременности.

Вопросы о лекарствах, которые должны задавать женщины Каково название (фирменное и непатентованное) этого лекарства? Действительно ли это лекарство необходимо? Есть ли альтернативное, немедикаментозное лечение? Как оно действует? Излечивает ли оно заболевание или только действует на симптомы? Как много времени пройдет до того, как лекарство начнет действовать? Как я узнаю, оказывает ли оно свой эффект? Что мне делать, если окажется, что оно не действует? Я беременна, кормлю ребёнка грудью или планирую беременность. Следует ли мне использовать это лекарство? Я пользуюсь оральными контрацептивными средствами. Повлияет ли это лекарство на их эффективность или же каким-то образом будет взаимодействовать с ними? Могу ли я параллельно принимать другие лекарства? Можно ли пить алкогольные напитки? Имеются ли продукты питания, которые мне следует избегать? Каковы наиболее распространенные побочные эффекты этого лекарства? Есть ли у него какие-то редко встречающиеся побочные действия? Что мне делать, если я замечу побочные действия? Есть ли какая-то информация о долгосрочных эффектах использования этого лекарства? Если это лекарство назначается мне для предотвращения заболевания, которое может появиться у меня позднее, имеются ли другие альтернативы, способные снизить вероятность появления у меня этого заболевания? Может ли образоваться зависимость от этого лекарства?

Были также и другие трагические случаи, касавшиеся более старых лекарств, которые сейчас редко используются в индустриальных странах, но в развивающихся странах по-прежнему остаются проблемой.

Диэтилстильбестрол (ДЭС), синтетический эстрогенный препарат, использовался для профилактики выкидышей, но был признан неэффективным и небезопасным. Пренатальное использование ДЭС связывали с пороками развития репродуктивных органов как у женщин, так и у мужчин; эти пороки могли привести к проблемам в период беременности или к бесплодию. Редкий вид вагинального рака - светлоклеточная аденокарцинома - возникает у примерно 1 из каждой тысячи женщин, получавших ДЭС пренатально. Женщины, принимавшие ДЭС во время беременности, также имеют повышенный риск заболеть раком молочной железы. Сейчас эксперты выражают единое мнение, что не существует показаний для использования ДЭС или иных эстрогенных препаратов при беременности.

Высокие дозы эстроген-прогестагенных (ЭП) лекарств были весьма популярны во многих развивающихся странах в качестве теста на наличие беременности. Однако Всемирная Организация Здравоохранения (ВОЗ) указывает на то, что в качестве теста на беременность ЭП препараты ненадежны, и их использование при наличии беременности может привести к порокам развития.

Несмотря на уроки прошлого, по-прежнему есть данные, свидетельствующие, что беременные женщины принимают ненужно большое количество лекарств. Это частично может объясняться тем, что женщины не знают обо всех опасностях, которые несет в себе прием лекарств во время беременности; а частично - установленным порядком медицинской практики. В Великобритании большинство женщин, которые ложатся в больницу для рождения ребёнка, в предшествующую родам ночь получают определенный вид седативной терапии. Клинический фармаколог Джо Коллиер [Joe Collier] задает вопрос: «Для кого фактически предназначены эти лекарства - для будущей матери, ее ребёнка или для медперсонала, который хочет покоя ночью?»

Медикализация жизненных ситуаций

В целом наблюдается все возрастающая тенденция медикализировать (т.е. придавать характер медицинской проблемы - прим. пер.) жизнь женщины. От женщин все больше ждут, что они будут обращаться к врачу, чтобы справиться с нормальными аспектами жизни, такими как контрацепция, беременность и рождение ребёнка. Даже весь период от начала менструаций до менопаузы «сейчас часто обсуждается так, будто бы это некое заболевание». Фармакотерапия предлагается для гормональных изменений, связанных с менструальным циклом, таких как предменструальный синдром. Даже менопаузу сейчас определяют как состояние недостаточности.

В целом больше женщин, чем мужчин, живут в состоянии бедности, экономической зависимости или плохих бытовых условий и низкого уровня жизни; также больше женщин обеспечивают первичный уход за детьми младшего возраста и пожилыми людьми, что приводит к тяжелым перегрузкам и значительному стрессу. Хотя фактически эти проблемы требуют социальных, политических и экономических решений, не вызывает удивления тот факт, что именно на женщин в первую очередь нацелен маркетинг анксиолитиков [лекарств для снятия тревоги - прим. пер.] и антидепрессантов. В Великобритании на каждый рецепт транквилизатора группы бензодиазепинов, выписанный мужчинам, приходится 3 рецепта для женщин. И в других странах сложилась похожая ситуация.

Одним из классических примеров, который помог закрепить использование транквилизаторов для женщин, была реклама либриума (хлордиазепоксида) фирмы Roche. На рекламном рисунке - две руки: женская и мужская. Мужчина-врач измеряет пульс женщины. Заголовок гласит: «Каким бы ни был диагноз ... либриум».

Гормоны

В 60-х годах женщинам обещали избавление от нежелательных беременностей при условии использования ими гормональных оральных контрацептивов (ОК). В 1990-х гг. многим из тех же самых женщин обещают избавление от последствий менопаузы, если они будут продолжать гормональный курс в ежедневных дозах. Эти гормоны связывались с целым рядом побочных эффектов, способных вызывать дискомфорт и нарушать качество жизни женщин. Но больше беспокоит предположение, что гормоны способны вызывать некоторые формы рака или другие долгосрочные отрицательные воздействия. Американский биолог описывает применение гормонов как нечто, больше похожее на эксперимент. Она говорит, что «гинеколог/акушер является медицинским эмпириком в большей степени, чем любой другой специалист; т.е. гинеколог использует гормоны в качестве терапии, потому что они дают определенный эффект, а не потому, что имеется ясное понимание их действия в организме». Безусловно, очень мало известно об их долгосрочных воздействиях.

Контрацептивные средства

Для женщин важно иметь доступ к безопасным и эффективным методам контрацепции. В одной индонезийской деревне женщины так объясняли, каким они желают видеть метод планирования семьи: «Мы бы с радостью приняли методы планирования семьи, если бы они не мешали нашей работе, не наносили бы нам необратимого вреда, или не шли бы вразрез с нашими религиозными убеждениями. Этот метод нам должна объяснить женщина, которая осмотрела бы нас, если это будет необходимо, и сохранила бы все в секрете. Этот метод также должен быть очень дешевым». Эти простые и ясно сформулированные критерии выполняются редко.

Женщины, особенно в развивающихся странах, плохо информированы о «за» и «против» контрацепции. У женщин, лишенных адекватной информации, начинают возникать подозрения, что ими манипулируют. Другая причина, по которой женщины отвергают современный спектр контрацептивных методов, состоит в том, что все эти методы создавались без учета их потребностей. Женщины, например, могут не согласиться с тем, что за небольшое увеличение эффективности стоит «платить» более частыми нарушениями менструального цикла и другими побочными эффектами. Демографы и сотрудники службы планирования семьи могут быть более категоричны, чем отдельные женщины, в своих рекомендациях избегать методов, которые могут обернуться неудачей «по вине пользователя».

Менопауза и заместительная гормональная терапия

«Менопауза — не болезнь, а переходный период в жизненном цикле,» – говорит медицинский антрополог Маргарет Локк [Margaret Lock]. Это время перемен в жизни женщины, и у большинства женщин оно проходит с минимальным дискомфортом и не требует медицинского вмешательства.

Иное мнение у фармацевтической промышленности. Она продвигает на рынок средство заместительной гормональной терапии (ЗГТ) — эстроген (часто с прогестагеном) для регулирования симптомов менопаузы. В США компания Ciba-Geigy публикует в журналах для женщин рекламу своего трансдермального эстрогенного препарата эстрадерма с такими фразами: «Ни один мужчина в здравом уме не заинтересуется женщиной, у которой менопауза» и «оставь-ка ты лучше занятия спортом молодежи». В рекламе делается вывод: если используешь эстрадерм, «при изменении жизненного цикла совсем не обязательно менять свою жизнь». Смысл этой рекламы, как и многих других, адресованных потребителям или врачам, таков: без гормонов жизнь женщины обернется серьезными потерями. Большинство рекламных материалов акцентируют внимание на внешности и чувствах женщин, а не на медицинских эффектах лекарств.

Как и в случае с гормональными противозачаточными средствами, мало известно о влиянии долгосрочного использования гормонов во время и после менопаузы. У женщин, использовавших эстрогенную терапию, чаще отмечается рак эндометрия. Также вызывает сомнение польза гормональной терапии. Все это, наряду с отсутствием хороших исследований альтернативных методов, оставляет в распоряжении как медиков, так и женщин мало надежной информации для принятия решения: нужна ли терапия, и если нужна, то какая.

Продвижение лекарств

Поскольку женщины являются «проводниками» лекарств в семье и именно они решают, какие лекарства покупать, на них зачастую и направлены кампании по продвижению на рынок лекарств, отпускаемых без рецепта (ОБР). Большая часть лекарств ОБР предназначена для детей, но их реклама играет на чувствах родителей, особенно - матерей. Реклама витаминов, тонизирующих средств, препаратов для возбуждения аппетита, лекарств от кашля и насморка, и противодиарейных средств часто отображает женщину в роли заботливой матери, ухаживающей за ребенком, быстро идущим на поправку под действием лекарства, которое она ему дала. Некоторые рекламные кампании рекламируют продукты самим женщинам для достижения воплощенного в этой рекламе идеала красоты, молодости и жизнерадостности. Витамины, средства для похудения, средства ухода за кожей - все они многое обещают. Но если продукты не выполняют обещанного, и женщины мучаются, например, менструальной болью или испытывают усталость, предлагаются дополнительные решения: опять витамины, различные тонизирующие средства, а также болеутоляющие и НСПВЛ для снятия боли.

В одном классическом примере рекламы на Филиппинах препарата фирмы G.D. Searle драмамина (дименгидрат - препарат от укачивания при движении) была изображена домохозяйка, у которой закружилась голова, когда она подметала свой двор. В рекламном комиксе ей на помощь приходила соседка, советовавшая принять драмамин: «Отдых и драмамин. Вот все, что ей нужно». Поистине оригинальная мысль: лекарство от тошноты может помочь при усталости, вызванной домашними делами.

Кроме продуктов для самостоятельного лечения, имеются гормональные препараты и антидепрессанты, которые врач может назначать для решения жизненных проблем. Поскольку женщины - основные потребители лекарств, в большом количестве рассылаемых врачам материалов по продвижению лекарств рекламируются лекарства для женщин, отпускаемые только по рецепту. Во многих этих материалах, как выяснилось, подчеркиваются отрицательные стереотипы. В их числе - мысль о том, что женщины не способны справляться с жизненными проблемами, что они не очень умны, что они могут быть источником сильного раздражения для окружающих, и что их судьбу определяют их биологические признаки. Эта основная мысль фигурировала в одной ранней рекламе ЗГТ под заголовком «Что-то совсем не так».

В 1988 г. на Филиппинах фирма Searle использовала прием комикса с рисунками-рекламой для врачей, в которой продвигала свой противодиарейный препарат ломотил (дифеноксилат). На одном рисунке была изображена растерянная женщина, которая в день своей свадьбы не могла взять себя в руки. Ситуацию мог спасти только ломотил, а никак не она сама. В 1992 г. в Бельгии на рекламном рисунке был показан мужчина-врач, растерявшийся под шквалом жалоб женщины-пациентки, у которой были все желудочно-кишечные симптомы, какие только можно было вообразить. Решение, предлагаемое врачу - транко-бускопан фирмы Boehringer Ingelheim - комбинированный препарат, содержащий противоспазматическое средство (бутилбромид гиосцина) и транквилизатор (оксазепам).

В 1991 г. в Перу Sobering рекламировала свой препарат допергин (лизурид) - производное спорыньи для подавления лактации. Реклама показывала пятерых стройных женщин и описывала продукт как «наиболее сильный ингибитор пролактина в клинической практике». Фотографии женщин наталкивали на скрытую мысль: чтобы быть стройной, женщины должны прекращать грудное вскармливание; т.е. эксплуатировался стереотип, что кормление грудью может нанести вред фигуре, который мало соответствует реальности и не учитывает потенциальную пользу грудного вскармливания в масштабах общественного здравоохранения равно для матери и для ребёнка.

Голос большинства, который должен быть услышан

Женщины составляют большинство среди потребителей услуг медицинской помощи и среди работников здравоохранения, и поэтому должны иметь основное право голоса при определении политики здравоохранения и медицинской помощи. Местные общины, отдельные учреждения медицинской помощи и правительства стран - все должны искать пути, при помощи которых женщины могли бы играть более определяющую роль в деле организации здравоохранения. Важным аспектом здесь является рассмотрение способов для обеспечения более рационального использования лекарств для женщин.

Рекомендации к действию Необходимо больше научных исследований в области воздействия лекарств на женщин, с уделением особенного внимания их эффективности и безопасности. Следует больше консультироваться с женщинами в отношении необходимых исследований в области контрацептивных средств и продуктов, предназначенных конкретно для женщин. Женщины нуждаются в лучшей информации о лекарствах, особенно - об их воздействиях во время беременности и грудного вскармливания. Требуется более строгие меры контроля за тем, как рекламируются лекарства для женщин, особенно - за такой рекламой, которая способствует ненужной медикализации жизни женщин, а также за рекламой психотропных препаратов, направленной на женщин. Необходим контроль за тем, как в рекламе лекарств используются образы женщин.

НЕКОТОРЫЕ ХИМИЧЕСКИЕ ВЕЩЕСТВА МОГУТ ВЛИЯТЬ НА ПОЛ ЗАРОДЫША

По материалам New Scientist: http://www.newscientist.com

Ученые нашли новые доказательства того, что химические вещества, разрушающие некоторые гормоны, могут повлиять на половые признаки человеческого зародыша.

Известно, что у сыновей женщин, организм которых во время беременности подвергался воздействию фталатов (солей или эфиров фталевой кислоты), половые органы сформировались уменьшенными. Это стало первым прямым доказательством того, что некоторые вещества могут сделать более "женственным" эмбрион, находящийся в утробе матери.

В общине Аамдживнаанг, проживающей вблизи комплекса химических предприятий Sarnia-Lambton в канадской провинции Онтарио, рождается в два раза больше девочек, чем мальчиков. Притом что точно еще не определено, из-за какого химического элемента наблюдается такое явление: в почве в этом городе обнаружен высокий процент гексахлорбензола - вещества, которое разрушает гормоны, - а некоторые предприятия химического комплекса выбрасывают в атмосферу фталаты, пишет издание.

Процент рождения младенцев мужского пола в этой общине начал снижаться в 1993 году, говорит Констанция Макензи из университета Оттавы. С тех пор мальчиков рождается все меньше. В период с 1999 до 2003 года в Аамдживнаанге на каждые 46 новорожденных мальчиков приходилось 86 новорожденных девочек.

По словам Констанции Макензи, наиболее вероятная причина такого явления - это химические вещества, хотя еще и не проводилось анализа крови жителей на предмет их выявления, отмечает газета.

КАЧЕСТВО МЕДИКО-СТАТИСТИЧЕСКИХ ДАННЫХ КАК ПРОБЛЕМА СОВРЕМЕННОГО РОССИЙСКОГО ЗДРАВООХРАНЕНИЯ

Под этим названием в журнале «Общественное здоровье и профилактика заболеваний! (2, 2004) опубликована статья В.Г. Семеновой, Н.С. Гавриловой, Г.Н. Евдокушкиной и ЛА. Гаврилова, резюмирующая результаты исследований, проведенных при поддержке Центрального НИИ организации и информатизации здравоохранения Минздрава России (Москва) и Центр старения, Университет Чикаго (США). Приводим некоторые выдержки из этой публикации.

Рост смертности населения России в 90-е годы давно стал общим местом, и никого уже не удивляет, что уровни российской смертности от основных причин в несколько раз превышают соответствующие европейские показатели. К сожалению, даже апокалиптические значения смертности от основных причин можно рассматривать только как оценочные: в последнее десятилетие очень высокими темпами стала расти смертность от всякого рода "прочих", "других", "неуточненных" и т. п. причин смерти, и было бы большой ошибкой считать это следствием возросшей точности и тонкости диагностики; скорее, речь идет о резком снижении уровня диагностики и ухудшении качества данных, что ставит под сомнение зафиксированные уровни смертности, особенно кардиологической и травматической. На наш взгляд, проблема качества данных в настоящее время становится приоритетной в современной медицинской демографии.

В качестве маркеров качества данных мы предлагаем использовать смертность от следующих причин: во-первых, от такого класса как "Симптомы, признаки и неточно обозначенные состояния", согласно МКБ-9, или "Симптомы, признаки и отклонения от нормы, выявленные при клинических и лабораторных исследованиях, не классифицированные в других рубриках", согласно МКБ-10; во-вторых, в качестве дополнительного индикатора мы предлагаем рассматривать смертность от повреждений без уточнений (МКБ-9) или же повреждений с неопределенными намерениями (МКБ-10). Эта причина входит в структуру смертности от травм и отравлений.

Что скрывается за "неточно обозначенными состояниями"?

В 90-е годы смертность от неточно обозначенных состояний российских мужчин выросла в 5,9, женщин — в 8,3 раза (отметим, что за этот же период общая смертность выросла соответственно на 25,2 и 15,6%, от сердечно-сосудистых заболеваний — на 21,3 и 10,5%, от травм и отравлений — на 64,2 и 54,8%). Следствием этого роста стали существенные изменения в структуре смертности (табл. 1): доля неточно обозначенных состояний выросла с 0,8 до 4,0% в мужской и с 0,8 до 5,5% в женской популяциях, и их ранг вырос соответственно с 9–10 мест в 1989 до 5–4 — в 2000 г., т. е. неточно обозначенные состояния оказались в числе приоритетных проблем здоровья российского населения.

Таблица 1
Смертность населения России в 1989 и 2000 гг.

Возникает вопрос: чем же был обусловлен этот беспрецедентный (даже для России) рост смертности непонятно от чего? Ведь по определению МКБ-10, "в этот класс включены симптомы, признаки, отклонения от нормы, выявленные при клинических или других исследованиях, а также неточно обозначенные состояния, в отношении которых не указан какой-либо диагноз, классифицированный в других рубриках". Существует мнение, что неточно обозначенные состояния маскируют часть смертности от болезней системы кровообращения в старших возрастах, поскольку в действующей классификации предусмотрена рубрика "старость без упоминания о психозе".

Действительно, рост смертности лиц старших возрастов от неточно обозначенных состояний был ошеломляющим - соответственно в 7,9 и 11,1 раза (табл. 2), при этом их ранг вырос с 8 до 5 места в мужской и с 7 до 3 места в женской популяциях (табл. 3). Из этого следуют 2 вопроса: во-первых, если этот рост обусловлен сердечно-сосудистыми заболеваниями, то каков же реальный уровень кардиологической смертности российского населения старших возрастов; во-вторых, действительно ли смертность от неточно обозначенных состояний определяется именно болезнями системы кровообращения, а не другими причинами смерти?

Таблица 2
Изменение смертности населения России от неточно обозначенных состояний
(на 100000 соответствующего населения) в 1989-2000 гг.

Таблица 3
Смертность населения России старше 60 лет в 1989 и 2000 гг.

Чтобы ответить на эти вопросы, мы решили проанализировать смертность от неточно обозначенных состояний в более молодых возрастах, когда о старости (с психозом или без него) речи быть не может. Оказалось, что смертность детей первого года жизни от данных причин выросла в 90-е годы вдвое (в 1,9 раза для мальчиков и в 2,1 раза для девочек) при снижении общей младенческой смертности соответственно на 13,8 и 10,4%; детей 1-14 лет — соответственно в 2,5 и 2,4 раза (при снижении детской смертности соответственно на 10,8 и 5,9%); подростков 15— 19 лет — соответственно в 4,3 и 2,6 раза (общая смертность подростков при этом выросла на 38% в мужской и на 24,4% в женской популяциях); смертность трудоспособного населения России от неточно обозначенных состояний выросла соответственно в 4,6 и 4 раза (общая смертность 20-59-летних мужчин выросла при этом на 59,7%, женщин — на 43,4%) (табл. 2). Таким образом, абсолютно для всех возрастных групп российского населения смертность от неточно обозначенных состояний выросла в несколько раз, при этом темпы роста смертности от этих причин значительно опережали рост общей смертности в этих возрастных группах. А это в свою очередь, не позволяющих установить причину смерти), а также "Неизвестная причина смерти" ("Другие неточно обозначенные и неуточненные причины смерти"). В сущности, эти причины, особенно в российских реалиях 90-х годов, заставляют вспомнить в первую очередь о насильственной смертности, особенно в молодых и трудоспособных возрастах, когда общая смертность определяется травмами и отравлениями. Интересно, что для 15—19-летних юношей неточно обозначенные состояния оказались в 2000 г. на 2, для их ровесниц — на 4 месте в структуре причин смерти.

Наша гипотеза заключается в том, что в 90-е годы под маской неточно обозначенных состояний скрывались, прежде всего, неестественные и насильственные смерти. Об этом свидетельствует в частности состав рубрик, входящих в класс неточно обозначенных состояний. Это, например, "Неточно обозначенные и неизвестные причины смерти" (R95-R99), в т. ч. "Мгновенная смерть", "Смерть без свидетелей" (обнаружение трупа при обстоятельствах, не позволяющих установить причину смерти), а также "Неизвестная причина смерти" ("Другие неточно обозначенные и неуточненные причины смерти"). В сущности, эти причины, особенно в российских реалиях 90-х годов, заставляют вспомнить в первую очередь о насильственной смертности, особенно в молодых и трудоспособных возрастах, когда общая смертность определяется травмами и отравлениями. Интересно, что для 15–19-летних юношей неточно обозначенные состояния оказались в 2000 г. на 2, для их ровесниц — на 4 месте в структуре причин смерти. Здесь же имеет смысл еще раз подчеркнуть, что выход неточно обозначенных состояний в пятерку ведущих причин смерти во всех возрастах — явное свидетельство ухудшения качества данных медицинской статистики в 90-е годы.

К сожалению, вопрос о качестве российской статистики в 90-е годы вышел из чисто академической сферы и приобретает не только практическое, но и в определенном смысле финансовое выражение. В условиях нынешнего скромного финансирования здравоохранения становится особенно важным направить имеющиеся средства именно на приоритетные проблемы охраны здоровья, только в этом случае можно надеяться на реальный рост продолжительности жизни.